Она собирается здесь спать?
Дурной ребёнок... Это же... Кладбище?
Вечереет.
Она ещё что-то рассказывает, и я терпеливо дожидаюсь, когда она уснёт.
Детский голос замолкает. Тихонько подкрадываюсь, осторожно прохожу мимо могил и натыкаюсь взором на сжавшуюся в комочек девочку.
Нагибаюсь к ней и мягко беру на руки. Возвращаюсь к кобыле, молоток и колышек цепляю себя за пояс, мелкую опять беру на руки.
Сопит мне в шею.
Смешная такая.
А у меня в горле комок, и совесть ноет.
Гадом себя чувствую.
Она же цветы для них попросила...
Оставляю кобылу возле терема кузнеца. Гляжу на малышку.
Чья же ты? Кому тебя отнести?
Я и не ведаю.
Единственная путная мысль, что приходит в голову, это мать закадычного друга моего младшего брата.
Тётка Любава, мать Мирона, добрая и ласковая, она никого не обидит.
Иду к ним.
Руки болят так, что аж дрожат. Но я упрямо продолжаю её тащить. Достигая их терема, стучу в дверь носком сапога.
Дверь открывается.
- Ох ты ж батюшки, нашлась пропажа!
Выдыхает женщина, узрев малышку в моих руках.
- Слава богам, а то мы все извелись, всё ища её. А ну-ка заноси в терем её, Тихомир. - И уже сыну бросает: - Мирон, сбегай к соседке, скажи, что Агнеша нашлась.
Значит, Агнешей её кличут.
Ставлю мелочь на кровать. Тётка Любава наливает тёплой воды в тазу и подходит ближе, садится на край кровати, макает тряпицу в чистую воду и начинает неспешно и мягко омывать мелочь.
- Где нашёл-то?
- На кладбище, возле свежих могил спала.
- Эх, бедная дитя. Осиротела так рано... - Гляжу, как медведица омывает ей пяточки.
- А... как сгинули её родители?
- Отец вместе с остальными воинами переводил наши припасы через тёмную рощу. Напали разбойники. Стрела попала в сердце. Мать не выдержала горя, как увидела бездыханное тело мужа, рухнула замертво. Шаманка сказала, сердце разорвалось. Вот и осталась Агнеша одиношенькой. Только тётка у неё...
Вот оно как...
Вспоминаю, как мелочь жаловалась отцу и матери на кладбище, что тётка её обижает, да за волосы дёргает.
- Тётка Любава.
- Аюшки, родной? - мягко улыбается мне женщина.
- Вы это... Можете её себе оставить. Обижает девчонку тётка.
- Я? - Женщина поджимает уста. С одной стороны, как это взять себе чужое дитя? С другой, у неё только Мироша и всё. Муж давно сгинул, замуж повторно она не пойдёт.
- Ты, - киваю. - Она же вечно сбегать от тётки будет. А так... Приглядите, пожалуйста.
- Приглядим, Тихий. Приглядим.
Кинув еще раз взор на спящую девочку, ухожу, пожелав хозяйке дома на последок доброй ночи.
Ухожу... Да только не в главный терем.
А возвращаюсь обратно на кладбище, по пути в темноте ощупываю пару стеблей с цветами. Да застываю возле отцовского кургана.