— Витя! — Сказал Федя, одетый в недорогой костюм с узковатым, словно бы снятым с ребенка галстуком. — Там у нас посетители ругаются. Ты можешь рядом постоять?

— А че? Кто-то бычит? — Спросил я.

— Ага, еще как, — обеспокоенно ответил Федя. — Боимся, как бы ни закрутилось. Я вот бегаю, охрану подзываю. Мож посмотрят на вас и не станут разгонять ситуацию?

— Лады, — сказал я. Потом кивнул своему сегодняшнему напарнику на воротах, мол приду щас, и вошел в Элладу.

За дальним столиком уже бурлило. На подходе к нему я понял, что тут замешана та самая пестрая группа. Бандиты стояли у столика и ругались с кем-то уже сидящим за ним. Двое охранников с Эллады были тут как тут, рядом, но в перебранку не вступали. Управляющий Федя опередил меня и быстро присоединился к официанткам, заискивающе бегающим вокруг бандосов.

— Я тебе еще раз говорю, это мое место, понял? Жопу свою отсюда убрал!

— На нем написано, что оно твое? — Услышал я знакомый холодноватый и хриплый голос.

— Че, умный самый? Мы тут с пацанами постоянно отдыхаем! В этом самом месте, за этим самым столиком!

Постоянно? Странно, что раньше я не видел этих людей в Элладе. Возможно, они приходили не в мою смену. Я бы запомнил таких фактурных.

Когда я подошел к столу и протиснулся между охранниками, то сразу узнал обладателя знакомого голоса. Это был Худяков. Начальник Алекса в одиночку сидел за столом. Перед ним стояло два пустых пивных бокала и один опустошенный наполовину. На суровом лице Виктора не было ни следа опьянения. Холодным взглядом он уперся в бритоголового парня-бандоса. Тот, распальцованный, сгорбился, вытянул короткую шею.

Мир тесен. Интересно, чего Алексовец тут делает? Неужто пришел развеется перед отъездом? А почему один? Почему сюда, в Элладу?

— Ты вообще кто по жизни⁈ Че, не понимаешь человечий язык⁈

— Стол был зарезервирован? — Спросил Худяков не у компании, а у девочки-официантки.

Та растерялась и умоляюще глянула на Федю.

— Ну, э-э-э, — потянул он неуверенно, — щас, секундочку.

Тут же он прикрикнул на одну из официанток, и та побежала к барной стойке. Схватила планшет для бумаги, стала там что-то высматривать. Вернувшись с планшетиком, сунула его Феде.

— Нет, Федор Егорович. Этот столик свободный. Никто его не заказывал, — пропищала она.

— Ну… Вот, — пожав плечами, Федя протянул планшет бритоголовому, но тот не стал смотреть.

— Че ты мне это говно суешь? Че, не знаете, что за этим столиком нормальные люди отдыхают⁈

— Мы просим прощения, — втянул голову в плечи Федя. — Сегодня у нас нету больше свободных мест. Может, чуть-чуть подождете? Вот-вот какой-нибудь столик освободится.