Голову не покидали мысли о том, что уже сегодня вечером, дома меня могла ждать ловушка. Я договорился со Степанычем, что соберу мои немногочисленные вещи прямо сейчас и сегодня же вечером приеду к нему.
Машину я думал пока оставить. Вдруг будет слежка? Я почти уверен, что возле моего подъезда дежурит кто-нибудь из пацанов Михалыча, ведь в разговоре с Ряженым, пока мы ехали к Армавиру, я узнал, что он жил едва ли не в двух домах от меня. А дружбан его, и вовсе обитал в доме напротив, считай, в одном дворе со мной.
Когда я вернулся, тут же стал собирать вещи, которых, впрочем, было немного, и все они поместились в одну лишь большую клетчатую сумку. Потом позвонил хозяйке и сказал, что съезжаю.
Владелица квартиры, конечно, была раздосадована таким поворотом, однако мы с ней договорились, что оплата за месяц вперед, которую я внес заранее, целиком и полностью остается ей.
Собирая остатки пожитков на кухне, я поглядывал в окно, выходившее во двор. Его пришлось открыть, и холодный сквозняк гулял по квартире. Но делать было нечего. Так, я мог отслеживать каждую машину, которая зашумела бы у подъезда. Я то и дело возвращался к окну, аккуратно, не сильно отсвечивая своим лицом, поглядывал, что творится на темной, освещенной тусклыми фонарями улице.
Закончив сборы и попив солоноватой воды из-под крана, я вышел из кухни в коридор, где меня уже ждала моя сумка.
— Так, ладно, — вздохнул я, — теперь на выход.
Я взгромоздил сумку на плечо, оглянулся в последний раз на квартиру, в которой прожил совсем недолго.
В следующее мгновение на кухне разбилось стекло и что-то тяжеленькое с характерным звуком стукнуло о засаленный линолеум. В следующее мгновение на весь дом прогремел взрыв.
Глава 15
Хлопнуло. Из дверного проема на кухню вылетел клуб белой известняковой пыли. Я машинально пригнул голову, защитился руками и припал к несущей стене, укрывшей меня от осколков.
Когда взрыв прозвучал, я услышал, как что-то грохнуло, посыпалось. Сначала зажурчала, а потом и хлынула бурным потоком вода.
— Вот зараза, — выругался я и добавил матом.
Еще через несколько мгновений в кухне осыпалась штукатурка, а потом наступила гнетущая тишина. Спустя пару мгновений, я услышал женский крик откуда-то со двора.
Аккуратно отодвинув брошенную на пол сумку, я медленно пошел к проему. Тихонько заглянул, ожидая еще какой-нибудь опасности: второй гранаты или выстрелов. Ничего этого не последовало.
Нахмурившись, я стал наблюдать, во что превратилась кухня. Окно вынесло, мебель разметало по всей комнате. Сорвало обои. Стены покрошило осколками. Спустя мгновение на выжженный у окна линолеум с потолка грохнулся огромный пласт штуки. Кухонные столики разворотило, не уцелел и умывальник: металлическую раковину искорёжило, а кран сорвало. Вода хлестала на то, что осталось от его деревянного корпуса, заливала куски штукатурки.