— Не обеднеем, — сказал я. — Да, мужики?
— Ну.
— Ты не переживай! Тут на все хватит!
— У меня даже слов нету, — засмущался Женя.
Посидели мы с ним еще минут десять, да медсестра пришла нас выгонять. Когда мы пошли на выход, Женя позвал меня:
— Витя, можно тебя на два слова?
— Что такое? — обернулся я.
Фима со Степанычем тоже застыли в проходе.
— Да я недолго. Просьба есть к тебе.
— Давайте, мужики, — сказал я остальным. — Идите, а я щас, пять сек.
Степаныч кивнул, и они с Фимой вышли.
— Давайте быстрее, — сердито сказала полная медсестра за сорок.
— Говорю ж, пять сек, — улыбнулся я ей.
— В общем… Только не ругайся. Просьба у меня к тебе есть одна. Очень важная, — сказала Женя, когда я вернулся к кровати и сел рядом с ним на деревянный табурет.
— Какая просьба? И почему я должен ругаться?
Женя помялся пару мгновений. Потом решился и, по своему обыкновению, выпалил все прямо в лоб:
— Короче. У меня в комнате, под кроватью, лежит ТТ. Завтра вечером его нужно отнести и продать одному братку с кирпичного. Иначе у меня проблемы будут. Сможешь?
Глава 25
Я нахмурил брови. Строго посмотрел на Женю. Его лицо было привычно равнодушным. Флегматичный, как обычно, взгляд мало что выражал. Корзун просто беззлобно и очень спокойно смотрел на меня, не отводя глаз.
— Ты торгуешь оружием? — Спросил я вполголоса, так, чтобы окружающие не услышали.
Женя опустил взгляд, поджал тонкие губы. От этого, шрам, пересекающий Женин подбородок, обычно едва видный, превратился в явную складку. На его лице отразилось что-то, что можно было бы назвать грустью.
— Мне жаль, что придется втягивать тебя в это, Витя, но тут серьезное дело. Очень серьезное. Если я не приду вечером, то все пропадет. А как ты видишь, прийти я не могу. Ноги еще толком не держат.
— Давно ты этим занимаешься? Давно барыжишь оружием?
— Я этим не занимаюсь, Витя. Тут особый случай. Очень особый.
— Если тебе нужны деньги, — не поверив, сказал я, — ты мог сказать мне. Я знаю, ты больно гордый и просто так не взял бы. Но мы бы посидели вместе, помозговали и нашли бы в конце концов, как заработать. Не стоило влезать в такие дела.
— Дело не в деньгах, — вздохнул Женя. — Тут все гораздо серьезнее. Если честно, я думал, ты станешь кричать, ругать меня. Думал, будешь нотации читать. Как Степаныч.
— Ну я же не Степаныч, Женя, — я улыбнулся. — Если дело не в деньгах, то давай, рассказывай, что у тебя тут случилось. Я посмотрю, как можно помочь.
— Хоть и не Степаныч, но иногда бываешь похож на него. Ворчишь, как старик, — хмыкнул Женя. — Ну ладно. Давай к делу.