— Что ж, вернем наворованное!

* * *

Тронный зал был залит мягким светом, пробивающимся сквозь витражные окна. На стенах — гербы великих родов России, а в центре, за массивным дубовым столом, сидели члены государственного совета. Анастасия, одетая в строгое платье с золотой вышивкой, сидела рядом с отцом, Николаем Годуновым. Её лицо было спокойным, но в глазах читалась лёгкая тревога.

Борис Годунов, император России, сидел во главе стола. Его взгляд был твёрд, как сталь, а голос — спокоен, но властен.

— Экспансия мира монстров продолжается, — он разложил перед собой карту, испещрённую красными отметками. — Мы уже захватили земли за Иным Уралом. Наши войска сдерживают неразумных тварей, но ресурсы на исходе. Нужно взять паузу.

Андрей Годунов, младший брат, сидел напротив Анастасии. Его глаза блестели озорным огоньком, а на губах играла лёгкая улыбка.

— Может, просто предложим им чаю? — он шутливо поднял бокал. — Вдруг они просто злые от голода?

— Андрей, — Николай Годунов строго посмотрел на сына. — Это не время для шуток.

— Простите, отец, — Андрей притворно вздохнул, но улыбка не исчезла.

Анастасия молча наблюдала за обсуждением, её мысли были далеко. Она чувствовала, как внутри неё что-то шевелится — словно давно забытая мелодия, которая вот-вот зазвучит вновь.

— Анастасия, — Борис обратился к ней. — Твоё мнение?

Она вздрогнула, словно её разбудили.

— Я… — начала она, но вдруг воздух в зале дрогнул.

Перед ними возникла проекция — огромный голографический экран, на котором разворачивалась битва. Глеб, с мечом в руке, сражался с десятью Богами Первых. Его движения были стремительными, как молния, а клинок оставлял за собой шлейф огня и льда.

— Это… Глеб? — Анастасия вскочила с места, её сердце заколотилось.

— Да, — Николай Годунов сжал кулаки. — Он сражается с теми, кто угрожает всем мирам.

Анастасия не могла оторвать взгляда. Она видела, как Глеб парирует удары, как кровь стекает по его лицу, как он поднимается после каждого падения. Её сердце сжималось от страха и гордости одновременно.

— Он справится, — Андрей положил руку на её плечо. — Твой муж — настоящий герой.

— Но он может погибнуть! — в её голосе прозвучала дрожь.

— Глеб не из тех, кто сдаётся, — Борис сказал твёрдо. — Он знает, что делает.

Анастасия закрыла глаза, чувствуя, как внутри неё что-то пробуждается. Дух Мирры, долгое время дремавший в глубинах её сознания, начал просыпаться. Воспоминания хлынули потоком: их первая встреча, их битвы, их любовь, которая пережила века.

— Мирра… — прошептала она, и её голос стал глубже, увереннее.