Марину неожиданно «отпустило». Надо же, а раньше апатия всегда сваливала ее с ног на полсуток, не меньше, и ни силой воли, ни «новопасситами», ни спортом, ни отдыхом нельзя было ее преодолеть. А тут — раз, и прошло, даже толком не начавшись. Похоже, все это время для борьбы с этим мучительным состоянием Марине не хватало именно серьезной адреналиновой встряски. А теперь тело как будто проснулось: разум прояснился, дышать стало легче, и мысли помчались вскачь, чего с ней не случалось уже много лет.
— Шерман! — позвала Марина, неожиданно сообразив, как можно остановить безумие за окном.
— Да? — настороженно отозвался тот из-под первой парты.
— Голос! — скомандовала Марина. — В смысле, пой. Громко пой — чтоб долетело до двора. А остальным — заткнуть ушки.
— Понял! — оживился парень, выскочил из-под парты и метнулся к окну, заняв удобную позицию. Марина, а за ней и весь класс заткнули уши и принялись улюлюкать, чтобы не попасть под удар своего же.
Шерман не запел, а издал резкий пронзительный визг, от которого зазвенело в голове, несмотря на все меры предосторожности. Марина почувствовала, как вибрируют стекла в рамах, и обеспокоилась, что прекраснейший витраж сейчас обрушится вниз мириадами осколков. Но, к счастью, Шерман был краток, и его визг импульсом разлетелся во все стороны, накрыв двор, а затем, исполнив свою функцию, оборвался.
Глава 9
Ребята зашевелились. Марина вытащила пальцы из ушей. Все было тихо, только шуршал и негромко переговаривался ее класс. Шерман глянул на нее вопросительно: мол, я все правильно сделал?
— Вы ведь в курсе, что пение сирен с точки зрения Военного кодекса приравнивается к заклинаниям массового поражения? — обратился к девушке невозмутимый Ксавьер, почесывая ухо. — С Вашего попустительства Шер только что нарушил закон.
— Это была самозащита, — пролепетала Марина, которая впервые услышала о таком нюансе местного законодательства.
— В теории — да, — кивнул Ксавьер, выбираясь из укрытия и выглядывая в окно, откуда больше не летели заклинания. — Но на практике ни один адвокат не возьмется выгораживать магика.
— Но я-то человек, — напомнила Марина, чувствуя, как у нее крутит живот от волнения: она не так, чтобы была очень уверена в своих словах.
— А Вы готовы взять на себя ответственность за наши действия? — удивленно вскинул брови Ксавьер.
На Марину уставился весь класс. В аудитории повисла идеальная тишина, а взгляды стали физически ощутимыми.
— Кхм, — замялась Марина, чувствуя, как по спине толпой пробежали мурашки, а уши предательски покраснели. — Только за те, которые сама приказала выполнить.