— Обещай уделать Финеуса, и я отдам тебе свой концентрат, — сказал Леам и протянул руку.
Уилл уставился на нее, как на реликтовое насекомое: и противно трогать, и нельзя упустить шанс получить что-то редкое.
Марина мысленно повизжала, одна за всех троих переживая высочайший эмоциональный пик ситуации, свидетелем и участником которой случайно стала.
«Давайте, ребята! Ну же! — мысленно поторопила она их. — Только не срывайтесь в детские обидки, только не испортите все!»
И они не подвели.
— Я… постараюсь, — серьезно ответил маг, сжав узкую ладонь эльфа.
«Йес!!» — мысленно завопила Марина, но вслух даже не пикнула, сохраняя торжественное выражение лица. Захотелось достать телефон и заснять уникальный кадр, но батарея, к сожалению, села. Впрочем, наслаждаться уникальным моментом оказалось гораздо приятнее, чем созерцать его бледную копию через окошко смартфона.
Маг и магик стали обсуждать нюансы работы и обмениваться опытом, объединяя усилия. Потихоньку, понемножку, Марина стала отходить в тень и сливаться с пейзажем, чтобы не спугнуть зыбкий союз излишним вниманием. И в этот момент ей стало действительно не важно, выиграют они завтра или нет: главная победа случилась здесь и сейчас — втайне от всех, на заднем дворе старого корпуса.
Глава 28
Загнать разгулявшихся магиков домой оказалось делом настолько высокой сложности, что к нему подключился весь педагогический состав — действующий, бывший и желающий. В смысле, даже госпожа Эгнерция пожелала поучить уму-разуму идиотов, разбивших тряпичным мячом окно подсобки. А еще окончательно разваливших бревенчатый остов конюшни и сломавших-таки одну из опор крыльца.
Опору оперативно заменили бревнышком из разваленного сруба, раз уж собирать его обратно ввиду появления у них подвала больше не имело смысла. Вид крыльца стал еще более кривым и креативным, но козырек крыши, вроде как, на головы падать не собирался и покосился лишь самую чуточку.
…
Пока Марина провожала гостей, решала проблемы и загоняла всех спать, она как-то не слишком ощущала свое плохое самочувствие. Но когда ребята, наконец, разошлись по комнатам, болезненная слабость накатила на нее с удвоенной силой — как будто весь день ждала этого момента.
Но, увы, доползти до комнаты и повалиться в диван, а заодно и в целебный сон Марине не дали.
— Отдай, мое! — заверещала Касси, выскакивая из своей комнаты следом за братом. Как тот оказался в комнате девочек, было непонятно. Наверное, через окно залез. Но зачем?
— Отдай, скотина! — Кассандра пыталась отобрать что-то у брата, но тщетно — тот был крепче, выше и сильнее, а еще — не носил юбку и три подъюбника.