— Понимаю, — кивнула Марина, вошла здание и… влюбилась.

Все здесь дышало древностью и уютом. Коридор не был чист и стерилен, как в привычных ей школах. На каменном полу слоями лежали пыльные ковры, по стенам жались покореженные в бою старинные доспехи, висели потрескавшиеся от старости портреты, стояли на подставках красивые вазы.

Тут и там, где возможно, были установлены шкафы, полные наградных кубков и каких-то памятных сувениров. Стены не были ровными — они изобиловали большим количеством ниш и отнорков, заполненных старинной утварью. В отнорках были окна, и коридор не был слишком уж мрачным, хотя свечи не горели. Но приятный полумрак навевал мистическое настроение.

«Натуральный дом с привидениями», — с восхищением подумала Марина, замерев при виде затянутых паутиной люстр.

— Мы использовали это место как склад, — пояснил ректор, похлопав по огромному чучелу птицы, похожей на страуса. С чучела во все стороны полетела пыль. — Завтра же велю все отсюда выбросить. Вряд ли нам еще когда-нибудь понадобится это барахло.

— Не надо! — неожиданно сказала Марина, вставая на защиту музейной ценности. — Это то, что нужно для уроков искусства. Очень похоже на старый театр.

— Театр? — ректор поднял брови и по-новому оглядел интерьер. — Да, действительно похоже. О, а вон там учебный класс.

Они вошли в просторное и светлое помещение. Одну стену заменяло собой огромное витражное окно с цветочными мотивами, и вечернее солнце расцвечивало все вокруг разноцветными бликами. На другой стене была школьная доска — в прямом смысле доска, рассохшаяся и шершавая. Точнее, даже несколько досок, плотно состыкованных друг с другом.

Перед доской была небольшая деревянная кафедра, украшенная резьбой. А напротив нее амфитеатром уходили к потолку противоположной стены старинные парты с откидными крышками и скамейками. На самом верху посреди прохода раскинулся огромный фикус в глиняной кадке, добавляя уюта.

В отличие от деревянной пристройки снаружи, вся мебель внутри была покрыта темным лаком и хорошо сохранилась. Только пол был заляпан и прожжен, будто на нем проводили химические опыты, но это была ерунда.

— Нравится? — улыбнулся ректор, заметив ее восхищение. — Здесь еще лаборантская большая — четыре на пять метров. И тоже витраж аж на две стены. Правда, боюсь, придется Вам в ней пока жить. Видите ли, остальные преподаватели — исключительно мужчины. А селить Вас вместе с кастеляншей как-то нехорошо.

— Я буду ночевать прямо в Академии? — удивилась Марина.

— Да, а что Вас удивляет? — пожал плечами ректор. — До города далеко. Ездить — особенно в дурную погоду — затруднительно. Поэтому мы все живем здесь — и ученики, и преподаватели. И Ваших ребят тоже заселят в это крыло. Собственно, уже должны были заселить. Слышите шум?