Антимаг не стал задавать вопросов. Встал с кресла, взял со стола кисет с отваром и спрятал в карман:

— Ну, давайте прокатимся.

— Мне нужно собраться, и выезжаем, — предупредил я.

— Хорошо.

Я поднялся в комнату, быстро переоделся. Правда, в этот раз я не стал облачаться в плащ — больно уж он приметный. Поэтому я ограничился строгим костюмом и белой рубашкой. Забрал стоявшую в углу косу.

«Ну и куда ты собрался»? — недовольно спросил Александр, который вынужден был оторваться от нового сериала.

— Помочь одному знакомому, — просто ответил я и вышел в коридор.

— Уезжаете, мастер? — уточнил Федор, когда я спустился по лестнице в гостиную.

Я только кивнул.

— Подать машину? — осведомился слуга.

— Думаю, мастер Феникс подвезет меня, — ответил я.

Антимаг кивнул:

— Конечно, Михаил Владимирович. И привезу обратно, так уж и быть.

— Тогда едем, — произнес я и направился к выходу.

* * *

Особняк, где жил пропавший, расположился за городом, в поселке гильдии Промышленников.

Ехать пришлось через весь Снежинск, но по полупустым дорогам добрались мы туда довольно быстро.

Номера Синода были в этом мире универсальным пропуском, по которому, наверное, можно было попасть куда угодно. Потому что едва только авто подъехало, и камера считала номера — ворота сами открылись, пропуская нас на территорию.

— Хорошее это дело — служебные машины Синода! — оценил я.

Виктор остановился у крыльца особняка, заглушил двигатель и обернулся ко мне:

— Да, здесь они, можно сказать, волшебные.

— А если машина с такими номерами попадет не в те руки? — спросил я.

Антимаг пожал плечами:

— То эти самые руки переломают при колесовании… За кражу имущества Синода. А если при этом еще и сотрудник пострадает…

Дом был куда больше, чем мой семейный особняк. Он был выложен из розоватого мрамора, с широкими балконами, огражденными ажурными решетками, арки окон обрамляла лепнина. На крыше расположились гаргульи, строго взирающие на гостей. Площадка перед крыльцом была выложена мелкой мозаикой, образующей рисунок солнца.

Как только мы остановились на парковке, вымощенной камнем, как перед крыльцом появилась здоровенная собака — темный доберман с острыми ушами — и уставилась на нас с подозрением.

— Тихон предупредил, что с собак будут снимать ошейники, — пробормотал я, беря в руки косу.

«Ты в своем уме?», — возмутился Александр.

— Чего удумал? — вторил ему Виктор.

— Пугануть хочу собачку, — пояснил я.

— Не надо. Я сам справлюсь…

Он вышел из салона и медленно направился к псу, расставив в стороны руки.

— Я не собирался убивать собаку, — заявил я, чтобы Александр перестал возмущенно пыхтеть.