Машины Шуйского на парковке уже не было. Как и князя. А вот авто с номерами семьи Морозовых ждала меня у ресторана.

— Лилия Владимировна направила меня сюда, — пояснил Петр. — За вами.

— Отлично, — сказал я, усевшись на заднее сиденье. — Тогда поехали. Только сначала мне нужно будет попасть на один адрес.

* * *

Я попросил Петра высадить меня за пару кварталов от нужного мне дома.

— Езжай к павильону, — распорядился я, снимая плащ. — Я доберусь сам.

Прихватив обрез и косу, я вышел из машины. Осмотрелся по сторонам, набросил на голову капюшон худи и быстро направился к особняку. Обошел дом, вскрыл калитку черного хода, пересек двор и поднялся на террасу. Крепко сжав косу, я распахнул дверь и тихо прокрался в гостиную.

Шуйский уже был здесь. Он стоял у лестницы, спиной ко мне. И я, усмехнувшись, достал обрез. Вскинул оружие и только потом окликнул гостя:

— Прохор уже несколько дней живет в Морце, Сергей Матвеевич!

Ведьмак вздрогнул и резко обернулся. А на ладони мужчины вспыхнуло черное пламя. Но я только покачал головой.

— Вы не успеете прикончить меня и скрыться. Сюда уже едут антимаги, мастер ведьмак. И если они повяжут вас — у семьи возникнут огромные проблемы!

Старик сразу резко сутулился. Плечи опустились, а огонь на ладони погас.

— Как… — хрипло произнес он.

Я пожал плечами:

— Только двое ведьмаков почти отошли от дел. Вы и Воронцов. Но ему был невыгоден переворот, тогда его семья потеряла бы позиции в рейтинге. А вот вы уже сдавали… Но окончательно на вас указала коса. Вы услышали голос проклятого предмета. А слышать одушевленных могут только темные.

Шуйский невесело усмехнулся:

— Ваш наставник по-прежнему остер на язык, мастер Морозов. Я удивлен, что он выжил. Думал, Александр Морозов давно уже умер.

«Не дождешься», — буркнул Александр, и Шуйский ответил:

— Ну, теперь уже не дождусь…

— Думаю, люди из-за океана дали вам денег за помощь, — сказал я. — И немало. И скорее всего, вы знали, что финал будет с самопожертвованием. Потому что вряд ли стали бы подставлять семью, ради которой и жили несколько десятков лет. Даже предали Империю ради того, чтобы у семьи было все. У меня только один вопрос, Сергей Матвеевич… Как давно синий цвет оставил вас, сменившись на черный?

— Несколько лет назад, — хрипло ответил старик. — Я стал темным, когда Синод от меня отвернулся, когда моя семья оказалась на грани разорения. А что Великий князь? Он был только рад выкупить у Шуйских рудники! Заплатив лишь чуть больше номинальной цены. И когда моя сила сменила цвет, я принял это за знак.

Старик расправил плечи, перестав казаться безобидным дедушкой. Глаза ведьмака полыхнули углями. Губы скривились в неприятной усмешке.