— Значит, вам несложно будет понять, — растягивая слова, произнес я, — что это наше соглашение больше не работает.

— И могу я знать причины?

— А что сама Ксения Васильевна вам сказала? — мне и впрямь стало любопытно.

— Княжна уверяет, что между вами возникло недопонимание. Она не вдавалась в подробности.

— Не сомневаюсь, — хмыкнул я.

— Дорогой Михаил Владимирович, — с особой теплой интонацией начал Никон, и я невольно поморщился, — я признаю ваше право выбирать себе помощников. Учителей вам назначил Синод и оплатил их недешевые услуги. Вы это признаете?

— Конечно.

— И одежду вам спроектировали с учетом ваших пожеланий, все верно?

— К чему мы обсуждаем очевидные вещи?

— Синод может назначить вам своего представителя прессы. И он будет хорош, в этом нет сомнений…

Жрец мог не продолжать. Я понимал, что служка Синода не будет работать на семью, и не станет учитывать интересы Морозовых…

— Я выберу другого блогера, — буркнул я.

— Или вы можете проявить благородство и не станете топить девушку, которая во всем зависит от вас.

— Что⁈ — тотчас вскинулся я.

Никон глухо выругался, прикрыв трубку. И я не мог быть уверен, что синодник не разыграл сцену специально для меня.

— Княжна Серова — известный блогер, которая имеет свою аудиторию и стиль. Но не так давно она выложила кое-что неприемлемое… — на мгновение синодник замялся. — В общем, сейчас ей очень важно не потерять работу. Второго прокола ей не простят.

Я не стал уточнять, что девушка должна заслужить прощение Синода, а не зрителей — говорить об этом вслух не было смысла.

— Вы просите меня вернуть Серову? — сухо уточнил я.

— Спаситель с вами! Я всего лишь прошу подумать, что для вас будет лучше. Жалеть Ксению Васильевну мне незачем. Ну потеряет она работу, ну останется на улице…

Жрец замолчал, а потом в трубке раздался звук зевка. Меня это не проняло. И уточнять, отчего княжна может оказаться в таком бедственном положении, я не собирался, потому как понимал, что мной пытаются манипулировать.

— Мы подумаем, — холодно отозвался я.

— Хотелось бы знать точно…

— Не надо на меня давить, пожалуйста.

— Что вы, княжич! Я бы никогда не стал…

— Скажите мне лучше, образцы уже получены? Ими занимаются?

— Все в порядке, — с готовностью заявил жрец. — А по поводу остального…

— Это нетелефонный разговор, — оборвал я, поняв, что утомлен беседой. — Мы вскоре будем дома и составим отчет.

— Хорошо, — Никон не настаивал на ответе. — Здравы будьте.

— Вашими молитвами, — привычно заявил я и сбросил вызов.

А через секунду в тумане на реке послышался рокот двигателя приближающейся лодки.