Пристань была пуста. Костер уже прогорел, на его месте горели только припорошенные золой угли, да почерневший сложенный из камней очаг.

Ближайшие дома были разобраны на плоты. Мы шли по улице, ведущей к усадьбе местного старосты, Денис недобро косился в сторону стоявших поблизости строений. Когда мы подошли ближе, он начал сжимать правую ладонь, и в ней вдруг появился огненный шар. Недолго думая, Денис размахнулся и метнул его в сторону почерневшего бревенчатого строения. И пламя мигом моментально охватило дом.

— Спишем на то, что имущество погибло во время боя, — сказал Денис. — Синод покроет расходы. Лучше так, чем оставлять за спиной «перекинувшихся» хозяев.

Виктор довольно кивнул, тоже создал шар темного пламени и бросил в строение по соседству. И вскоре дома заполыхал в пламени пожара, уничтожающим все, что было осквернено.

Туман попятился, расходясь в стороны. Видимость улучшилась, и стал различим перекресток у того самого холма, где находилась усадьба старосты. На нем красовалось синее знамя с черепом, обтянутым паутиной.

На площади нас ждал сюрприз — в виде начертанной на камнях пентаграммы. Внутри ее стояла сложенная из кирпича пирамида, на вершине была установлена чаша, в которой горело ядовито-зеленое пламя.

«Странный ритуал, — пробормотал наставник. — Не знаю, что это, но эту погань лучше уничтожить».

Я сделал знак Денису, он вытащил из-за пояса пистолеты, и выстрелил.

Шум эхом прокатился в воздухе. И где-то в отдалении недовольно закаркало воронье. Огненный шар ударил в пирамиду и взорвался, разбросав обломки кирпичей. Склянка с огнем отлетела в сторону, со звоном ударилась о дорогу. И тут же погасла. Воздух словно загудел, туман стал быстро рассеиваться.

И в этот момент створки усадьбы старосты распахнулись, и на порог вышел человек в черной монашеской рясе. Я заметил, как в глазах монаха горит багровый огонь.

Денис отскочил назад, вскинув пистолеты.

Бах! Бах! Бах!

Но монах только лениво махнул рукой, и пули натурально завязли в воздухе. А потом со звоном осыпались на каменное крыльцо.

— Надо же, ведьмаки пожаловали! — растянув губы в недоброй улыбке, сказал монах. — Приходили уже одни. Им здесь так понравилось, что они решили остаться. Мои верные слуги уже громят ту деревеньку, а потом, как тараканы, расползутся по княжеству. Орда завоюет Империю!

— Нет никакой орды, — я покачал головой и вышел вперед. — Была, да вся кончилась.

Монах удивленно поднял брови:

— Вот как⁈ Ну, было бы зелье, а новых создать всегда можно. Вот только разберусь с вами…

Его ладони замерцали, и я быстро выжег руну. А затем, нажал на курок.