Я сжал аппарат в ладони, злясь на твареныша, который глумился над погибшими. Мне теперь было не так важно, что с другими роликами он не ошибся.

— И я уверен, что Синод придумает что-нибудь новое. Наверняка покажет своего протеже в выгодном свете. Быть может, он даже спасет пару деревенщин, а потом покажет свои крылышки. Вот только я открою вам наконец…

Я перемотал часть пафосной болтовни, чтобы остановить видео на моменте, где парень приблизился к экрану.

— Очевидно, что он иллюзионист! Скорее всего — сирена, только в мужском варианте. Мало кто знает, что кроме способности нравиться, эти твари умеют принимать чужой облик! Они могут воссоздавать образ, который вы считаете привлекательным. Знаю, вы сейчас думаете, что все это маловероятно. Но подумайте! — он постучал по своей голове. — Синод имеет средства и цели! Он может найти или создать аналог сирены…

Я опять перемотал ролик и остановился на очередном приближении лица парня.

— … а может это баба! Просто подумайте…

Удивительно, но под роликом были сотни комментариев, где люди соглашались с сумасшедшими идеями ведущего.

Я выругался и направился с телефоном в руке к секретарю. Мне было нужно узнать ее мнение, потому что только Лилия была способна мыслить холодно.

Водянова нашлась в своем кабинете. Она сидела за столом, закинув ногу на ногу, и покачивала на кончике пальца атласную туфельку. Я обратил внимание, что подошва обуви была совершенно новой. Это подтверждало мои наблюдения — Лилия практически всегда ходила босой.

— Михаил Владимирович, чем обязана? — она улыбнулась, разворачиваясь в кресле.

Я даже сглотнул, оценив ее одежду. Точнее, почти полное ее отсутствие. Лишь спустя мгновенье я понял, что на Водяновой надето тесное платье телесного цвета, но только при движении стало ясно, что она не обнажена. Мне с трудом удалось отвести взгляд от красивой фигуры.

— Чего ты хотел, Миша? — невинно поинтересовалась девушка, точно понимая, почему я замешкался.

— Я посмотрел видео одного блогера. Канал, кстати, довольно крупный.

Мне наконец удалось взять себя в руки и подойти к столу. Положив телефон перед Водяновой, я включил ролик.

— Я видела это, — беспечно отмахнулась девушка. — И он не единственный разоблачитель темного ведьмака.

— Есть другие? — изумился я.

— Конечно! — Лилия улыбнулась мне, словно неразумному ребенку, и склонилась над экраном.

Пальцем пролистала несколько роликов, а потом просто пожала плечами:

— Любое внимание нам только в плюс. Черный пиар — это не худший пиар. Было бы странно, если бы никто не попытался разоблачить тебя.