— Закрой уже дверь! Оттуда несет пластиком, неужели не чуешь? — капризно протянул голос, от которого у меня свело зубы.

С крайнего шезлонга свесилась нога, а потом показалось и все тело. На меня смотрела Тольяна Лошадчак собственной персоной. Она была одета в розовый плюшевый домашний костюм. И мне стало дурно.

— А говорили, что тут нет папарацци… — проворчал я, но убегать не стал.

Ногой толкнул дверь и направился к журналистке.

— Про меня говорить здесь никто бы не стал, — девушка одарила меня белоснежной улыбкой. — А вот тебя я тут увидеть не ожидала. Неужели решил снять рекламный ролик?

— Может быть, — отмахнулся я.

— Ты хочешь угостить меня ужином, — довольно заключила Тольяна и потянулась к доске в моей руке.

— Тронешь — получишь по пальцам, — пообещал я с холодной решимостью.

— А если я обменяю бокал игристого на кусочек окорока? — хитро осведомилась Лошадчак.

— Ты ведь не остановишься на одном куске.

— У меня две бутылки, — не унималась коварная журналистка.

— Ты ведь не отстанешь… — я смирился со своей участью и поставил доску на столик перед шезлонгами.

Тольяна тотчас сдернула ломоть лепешки и положила на нее мясо и кусочки огурца.

— Узнаю гостевой набор, — буднично отметил она. — Ты решил тут пожить?

— Может быть… — нехотя отозвался я.

— Можешь пытаться скрыть это от меня, но не забывайся — я одна из лучших расследователей в Империи. Я все выясню.

— В этом доме я должен быть в безопасности от таких, как ты.

— Я не собираюсь брать у тебя тут интервью. Но помни, что говоря со мной, ты даешь мне информацию, которую я могу использовать, как угодно.

— Звучит, как угроза, — вздохнул я и откупорил бутылку, которая стояла у изножья шезлонга моей соседки.

Приложился к горлышку и тотчас скривился от кислого вкуса. К тому же газ ударил в нос, и я закашлялся.

— Какая гадость, эта ваша заливная… — хрипло выругался я.

Нисколько не смущаясь, девушка взяла у меня бутылку и сделала глоток.

— Нормальная у нас заливная, — хмыкнула она и закусила импровизированным бутербродом. — Как тебе тут?

— Много свободного места.

— А ты привык к острожным каморкам?

— Не бывал в острогах.

— Не зарекайся.

— Не каркай, — парировал я.

— Кар! — выдала девица.

Спустя секунду мы оба прыснули со смеху. Отсмеявшись, я собрал себе горку еды и принялся ее уничтожать.

— А ты тут живешь? Или ролик снимаешь? — решил спросить я спустя пару минут.

— Снимала выпуск в своих комнатах. И захотела остаться на ночь.

— Значит, не живешь… — резюмировал я и ощутил нечто похожее на разочарование.

Не то, чтобы мне хотелось пересекаться с этой девицей в своем новой жилище, но знакомое лицо делало пребывание тут не столь мрачным.