Я огляделся, словно только что проснулся. Кухня была прибрана, стол был накрыт — пусть не изысканно, но аппетитно. Девушка набросила на себя лишь мою рубашку и выглядела по-домашнему милой. Она ловко разделалась с помидором и посыпала его крупной солью. Затем отошла к раковине и быстро сполоснула посуду.

Передо мной оказалась свернутая птичкой бумажная салфетка.

— Знаешь, наверно это я должен был предложить тебе остаться тут. А не ты намекать мне на приглашение…

— Ты так думаешь? — усмехнулась девушка. Села на высокий стул напротив, прижав колени к груди.

Она смотрела на меня изумительными зелеными глазами, солнце играло в рыжих прядях, россыпь мелких веснушек украшала ее ключицы. И я понял, что хочу видеть ее тут часто. Не хочу оставаться один в стенах этой большой и неуютной квартиры. Особенно учитывая тот факт, что по соседству живёт долбанная пронырливая журналистка, которая вечно сует нос в чужие дела…

— Думаю. Если хочешь, оставайся здесь. Я распоряжусь, чтобы тебе выдали пропуск…

— Миша, у меня есть ключ, — напомнила девушка. — Я ведь твоя компаньонка, и мне открыт вход в апартаменты Морозовых.

— Тебе будет удобно добираться до работы?

— Конечно, — отмахнулась Маришка. — Даже не думай об этом. Съемки часто проходят на этом этаже, да и транспорт тут совсем близко.

— Ты умеешь водить машину? — неожиданно спросил я.

Девушка хотела что-то ответить и вдруг помрачнела. Словно вспомнила нечто неприятное. Из комнаты будто ушло солнце. Меня затопило странным тягучим ощущением тревоги. Потом Маришка тряхнула головой, и морок пропал.

— Что с тобой? — на всякий случай уточнил я.

— Все в порядке. Немного тревожно спала на новом месте.

Беседу прервал звонок в дверь, и я напрягся. Девушка же беспечно улыбнулась и соскочила со стула.

— Петр обещал завести кое-что из нужных вещей, — сказала она на ходу.

И я усмехнулся, поняв, что ее проживание здесь было делом решенным еще до того, как я озвучил свое мнение по этому поводу. От такой мысли мне стало немного не по себе — выходит, все женщины в моей семье умеют вить из меня веревки…

— Доброе утро! — раздался знакомый голос.

И я порядком удивился — вот уж никак не ожидал…

— Здравствуйте, — вежливо отозвалась компаньонка и вернулась в комнату нервно поправляя полу рубашки. — К вам гости, Михаил Владимирович…

В кухню вошел Пожарский. Виновато пожал плечами:

— Прости, друже, что так внезапно. Я сумел убедить администрацию, что ты не станешь возражать, если я приду без звонка…

— Конечно, не стану, — я встал навстречу и протянул руку другу.

Тот крепко ее пожал и вполголоса уточнил: