Опустив бинокль, Алексеев глубоко задумался, прикидывая в уме диспозицию и проигрывая дальнейшие действия. Что выбрать, склад или самолетики? До склада еще добраться нужно, предварительно разведав, где именно он расположен — не прямо же возле взлетно-посадочной полосы? Да и как его искать, на ощупь, что ли? Фонарь-то не зажжешь. А где склад, там, кстати, и усиленная охрана — это тебе не тот памятный овражек, охраняемый одним-единственным любителем курева, тут все серьезнее.
Зато «Юнкерсы» — вон они, стоят себе, как на параде. И часовых вроде немного, за почти час наблюдения морпех срисовал всего троих караульных. Плюс парочка пулеметных позиций по флангам — этих придется успокаивать в первую очередь. Тротила после Глебовки осталось совсем немного, но на самолеты с головой хватит, тем более, что у них и бомбы уже подвешены, видимо, для утреннего вылета.
Степан хмыкнул: так, стоп, а нафига, собственно, последний тротил-то тратить?! Зачем вообще рисковать и лезть к самолетам, если фашисты могут предоставить им парочку зениток? Во временное пользование, как в том старом фильме говорилось? Зенитные орудия для чего придумали, самолеты уничтожать? Вот именно. Так какая разница, где именно они находятся? Двадцатимиллиметровому снаряду все едино, что вверх лететь, что параллельно земле, дюраль от этого прочнее не станет. А ведь это идея! И очень хорошая… на первый взгляд. Но поскольку всегда еще и второй имеется, нужно все как следует обмозговать и просчитать. Да и радиограмму составить нужно, комбат, поди, заждался. А вот когда ее отправить? Понятно, что не прямо сейчас, скорее всего, уже после начала атаки на аэродром. Вовсе не факт, что гитлеровцы обязательно засекли прошлые выходы в эфир, но здесь и собственный радиоузел имеется. Не хватает только, чтобы какой-нибудь страдающий бессонницей местный радист случайно засек работу передатчика буквально в километре от аэродрома…
План операции разведчики одобрили, особенно Карасев. Которому, после того, как стало понятно, что шансов вызволить попавших в плен товарищей нет, не терпелось хоть как-то отплатить фашистам. Алексеев, мысленно поминая последними словами румынского контрразведчика, появление которого ополовинило его группу, снова разделил бойцов. Угу, аж всех четверых, считая вместе с собой.
Первую зенитку должна была взять боевая пара Мелевич-Ивченко, вторую — он с десантником. Самое печальное, никто из диверсантов до сего момента не имел дела со скорострельными автоматическими пушками, ни советскими, ни, тем более, вражескими. Оставалось надеяться, что сумеют разобраться по ходу дела: в конце концов, вряд ли это настолько уж нерешаемая проблема. Заряжание там магазинное (это единственное, что Степан помнил об этом типе пушек), а управление огнем? Ну, вряд ли сложнее обычной ЗУ-23-2, из которой старлею довелось пару раз пострелять на полигоне. Одно радует, с прицеливанием можно особенно не заморачиваться, прямой наводкой с нескольких сотен метров да по неподвижной цели только слепой промажет.