Взрыв прогремел так громко, что мои уши заложило на несколько секунд. Малик, стоявший левее, схватился за бок и упал на одно колено. Я метнулся к нему, оттолкнув обломки ржавого листа металла. Проверил пульс — слабо, но есть. Ударная волна задела его или осколок пронзил бок.

— Твою ж… — выругался я, чувствуя, как внутри вскипает ярость. — Старший, прикрой!

Старший попытался перехватить наши позиции, но его самого задело — в бедро вонзился обломок, он завыл от боли. Фокус, стоя у турели, выстрелил длинной очередью, но вражеские маги словно играючи отвели снаряды в сторону. Затем один из них пошевелил рукой — и Фокуса прошило огненным шаром. Он крикнул и упал, выронив пульт.

— Отступаем! — проорал я, чувствуя, что нас здесь просто порвут, если продолжим бой.

Видел, как Гвоздь яростно матерился, не желая бросать позицию, но ему пришлось подчиниться. Я помахал рукой Булату, который сидел в броневике. Тот понял, что надо выезжать на точку, прикрывать нас корпусом.

— Ладыжин, Яромир, Лина, отход! — скомандовал я. — Плевать на портал, спасаемся, чёрт побери!

Ладыжин, казалось, проклял всё на свете, но отпускал «Нить», давая потоку рассеяться без завершения ритуала. Из-за этого разрыв не закрылся, а лишь немного сжался, но всё равно пульсировал. Лина помогала ему не получить магический откат.

Яромир, судя по сведённым скулам, был на грани, но всё же сумел поднять один щит, а Лина подпитала его энергией, создав нечто вроде дополнительного шара защиты.

Этого нам хватило, чтобы прикрыться от очередной атаки неизвестных магов. Я, прикусив губу, взвалил Малика на себя. Он истекал кровью, но был жив. Пришлось тащить его буквально волоком. Булат, подогнав броневик, ударил по тормозам, развернувшись боком, чтобы мы могли залезть через задний шлюз.

— Быстрее! — надрывался я, заводя Малика в салон. Гвоздь подхватил Фокуса, Тень и Клей поспешили помочь Старшему, который валялся на куске бетона. Батя ухитрился протиснуться последним, ведя огонь навскидку из автомата, чтобы задержать магов. Но те явно не испытывали проблем с отражением нашей стрельбы.

Едва я нырнул внутрь с Маликом на руках, рявкнул:

— Булат, уходим!

Двигатель взревел. Я почувствовал, как броневик дёрнулся с места. Пули и магические всполохи просвистели мимо, некоторые с шипением скользнули по броне, оставляя обугленные пятна. Но, слава богам, корпус выдержал.

Я видел в узкое окошко, как снаружи вырос столб магического огня — одна из фигур взмахнула рукой, будто стараясь уничтожить нас разом. Но мы благополучно нырнули за угол полуразрушенного здания, и волна лишь задела нас вскользь, обжигая краску.