– Котенка покормили? – спросил Шуйский серьезным и ответственным тоном.
– Покормили, – ворчливо отреагировала Инка. – Тут вообще-то о жизни твоего друга разговор!
– Котенок сам себя не покормит, – вновь засыпая, произнес затихающим голосом Артем, переворачиваясь на бок. – А Максим сам всех сожрет.
Глава 20
Отражение в ростовом зеркале, приставленном к стене, показывало невысокую девушку в традиционном китайском наряде. Алый цвет ципао с высоким воротником символизировал радостное настроение бледной и напряженной владелицы. Черный кант одежды, расшитый орнаментом орхидей, что соответствовал мудрости и знаниям, столь же гармонично сочетался с паникой и страхом неопределенности в ее душе.
Го Дейю предпочла бы бледно-голубые цвета несчастья либо белый – траура и смерти. Но через дом Борецких, только-только набирающий слуг и приказчиков, не было возможности разыскать готовое платье. Желаемое обещали сшить по мерке, если есть время подождать. Времени не было.
Дни неопределенности в ее судьбе завершались – родственники, осведомленные о новом статусе похороненной и проданной ими дочери, решили лично прибыть в Москву. Возможно, чтобы уничтожить забракованное.
Во всяком случае, они могли просто вызвать ее домой, обратившись по имени – признав живой на бумаге, обязав дипломатов в посольстве Поднебесной выдать ей новые документы и лично сопроводить на поезд до ближайшего города с международным аэропортом, раз Москва закрыла авиасообщение. У клана хватило бы для этого влияния.
Но достаточно ли им воли поступить правильно, а не осторожно? Ведь там, где товар возвращают, вскоре могут вновь затребовать старый долг, им оплаченный. Проще не принимать обратно, не замечать возврата, позволяя новому хозяину распоряжаться судьбой Дейю. Освободил? Его право. Пожелает вернуть себе – что им до судьбы посторонней?
Го Дейю искренне надеялась, что ее забудут. Но сегодня вечером два пассажирских вагона в цветах клана Го, пристегнутых к локомотиву состава Воронеж – Москва, прибудут на Казанский вокзал. Выяснить это у Борецких хватило влияния – сама она знала только время и место встречи.
Вагоны, понятно, местные, перекрашенные за одну ночь. Потому что представителям главной семьи не пристало передвигаться в чем-то ином. Зачем они здесь?
С одной стороны, хотели бы убить – приехали бы тихо… Желали бы вернуть – не приезжали бы совсем. С другой стороны – разве можно убить бывшую собственность князя Виида, не оскорбив его при этом? Можно – если сделать это открыто, подведя под это железобетонное обоснование… Не оправдала надежды? Чужая, что смеет зваться фамильным именем Го?