человек в доках обернулись. Панель вспыхнула, завыла короткая сирена. Дверь дрогнула, эмблема погасла, затем сбоку открылся узкий сервисный проход.— Есть! — крикнула Талия.Они нырнули внутрь.Рейн последним, уже под выстрелами. Один разряд ударил в край двери, осыпав искрами стену. Проход захлопнулся за его спиной.Внутри стало тихо.Почти.Семейный док был отдельным, тёмным, заброшенным на вид. Не таким оживлённым, как основные доки. Здесь воздух стоял неподвижнее, пахло старой смазкой, холодным металлом и пылью. Свет включался секциями по мере их движения, выхватывая из темноты стыковочные фермы, инструменты, пустые стойки, закрытые шкафы.И корабль.«Эон-7».Марина остановилась.Челнок стоял в центре дока, зажатый стыковочными захватами. Он был меньше, чем она ожидала, но всё равно огромный для человека с опытом маршрутки и старого автобуса. Узкий, вытянутый, тёмно-серый, с матовым корпусом, похожий на хищную рыбу или стрелу. Нос острый, боковые стабилизаторы сложены, на корпусе — потускневшая эмблема дома Вейр. Под левым крылом виднелись следы старого ремонта, будто корабль уже не раз вытаскивали с того света и уговаривали лететь ещё немного.— Ну здравствуй, летучий гроб, — сказала Марина.Талия обиженно посмотрела на корабль.— Он хороший.— Я тоже хорошая, но выгляжу сейчас так себе.Рейн уже шёл к трапу.— Проверить системы. Быстро.Талия бросилась к боковой панели корабля. Марина пошла следом, оглядывая док. Всё казалось слишком тихим. Слишком пустым.— Шурка, что со странным постом охраны?— Сигналы отсутствуют. Биосканирование дока затруднено помехами.— Мне не нравится слово «помехи».— Мне тоже.Она замерла.— Ого. Мы совпали.— Это тревожный признак.Талия открыла внешнюю панель «Эона». Внутри загорелись зелёные огни, потом два жёлтых, один красный.— Питание есть, — сказала она. — Навигация спит. Топливо… мало. Очень мало.Рейн поднялся на трап и открыл входной люк.— Насколько?Талия посмотрела на показатели.— До ближайшей ремонтной станции не хватит. До «Арки-13», если координаты верны и прыжковый модуль не развалится, — может хватить. Обратно — нет.Марина молча смотрела на корабль.Вот так.Слова, сказанные раньше в коридоре, стали реальностью.Один путь.Возможно, без возврата.Хотя возвращаться ей, по большому счёту, было некуда. Ни на Землю, ни в прошлую жизнь, ни в кухню с Батоном. Но это «некуда» всё равно болело. Потому что даже если дом недостижим, пока есть место, куда можно мысленно вернуться, ты не совсем потерян. А если и его отрезать…Она стиснула пальцы.— Марина,