Пришлось рассказать о своем житье-бытье, аккуратно подбирая каждое слово.

Дмитрий Иоаннович, узнав о том, что я продал от бедности один из перстней деда, тут же пообещал выкупить его и вернуть мне, да одарить сообразно и передать те земли, что указаны в духовной грамоте Василия Старицкого.

Даже и просить ничего не пришлось.

Он вел себя очень благожелательно, будто и вправду был моим старшим родичем.

Проговорили мы почти до самого заката, а после распрощались, обнявшись, и меня провели в царскую баню.

Которая расположилась на третьем этаже каменного дворца и состояла из четырёх помещений. Так там меня еще и банщик ждал, который из меня все соки выжал, я побывал и в раю, и в аду, чуть ли не в кипящем котле, до того жарко и душно было. А как он вениками работал — это что-то.

После мне поднесли новые одежды, все было сделано из дорогой парчи и украшено золотой вышивкой, так и сапоги оказались по размеру. Видать, заранее заготовили, вот только размеры как сняли? Или на глаз определили?

Дальше меня провели в палаты, которые, как я понял, находились рядом с царскими.

Комната была схожа с той, в которой я провел последние две недели.

На этот раз я засыпал спокойно, перед сном же мысли меня одолели о дальнейших шагах, да и деду надо весточку предать, что со мной все в порядке, и узнать, как у него дела и все ли хорошо.

Проснувшись и продрав глаза, я тут же размялся и, одевшись, не знал, чем себя занять. Я приоткрыл дверь, за которой замерли две служанки: одна с деревянным тазом, а другая с кувшинами и полотенцем.

— Ой, — пискнула одна, уставившись на меня.

Улыбка сама вылезла на лицо. Девушки были симпатичные и румяные. Так и захотелось их потискать.

Справившись с собой, я отошел в сторону, пропуская в свои покои служанок.

Таз поставили на лавку, и они приготовились мне помочь умыться, что я и проделал, поплескавшись в теплой воде.

— А правду говорят, что ты царский родич? — донеслось с искреннем интересом.

— Фетинька, — тут же прикрикнула на нее вторая, и задавшая вопрос смутилась, опустив лицо к полу.

— Правда, — протянул я, улыбнувшись.

Фетинька, увидев мою улыбку, потупилась, покраснела, и, не говоря больше ни слова, они подхватили моечные принадлежности и покинули меня.

Я же размышлял, пойти погулять по дворцу или обождать, наверняка еще вчера обо мне были распоряжения. Решил немного подождать, и, если никто не придет, пойти прогуляться.

Спустя минут пятнадцать появился служка, что провел меня на улицу, где собралась большая толпа.

«Бояре», — тут же пронеслось у меня в голове, а кто еще это мог быть, богато одетые и в высоких меховых шапках, которые я не раз видел в фильмах.