- Ты ему объяснишь? - спросила девушка у трупа.

- Конечно… - кивнул последний. - Дело вовсе не в согласии. Как я уже сказал, слова обладают силой. Слова, сказанные магистром, обрекли всех потомков на участие в охоте. Если ты отказываешься, то чужие сами придут за тобой, ибо каждый рыцарь поклялся, что лучше погибнет, чем отринет свой обет.

- А если ты не знаешь, что ты потомок?.. - неуверенно спросил Влад.

- Тогда, когда они придут за тобой, ты будешь весьма удивлен, - бросила она.

Девушка наконец встала, жонглируя яблоком, и подошла к клетке.

- А он задал хороший вопрос, - кивнула она на Влада. - Сколько ему? И он ничего не слышал о чужих? Они должны были разорвать его в клочья уже давно.

Труп попытался задумчиво почесать подбородок, но наткнулся лишь на голую кость.

- Дело в его… “даре”. У него не выходит умереть. Паразит внутри него не дает другим чужим прикончить его, я полагаю. Отгоняет их. Каждый раз, когда он умирает, я имею в виду, умирает по-настояшему, то его тело возвращается в исходное состояние, когда чужой овладел им. Полагаю, это случилось, когда ему было около тридцати пяти.

- Счастливчик, - усмехнулась напарница трупа. - Мог бы жить, как нормальный человек.

- Именно в этом и проблема, он не хочет, напротив, он предпочел бы умереть, пусть и от их руки.

Влад устало отошел от клетки. Было сказано слишком много безумных слов, и у него не было желания верить во все это. За время разговора он успел заметить, что его руки стали больше похожи на то, чем они были до его смерти в огне. Кожа принимала прежнюю форму и уже не так явно пыталась демонстрировать жилы и сухожилия.

- Это какой-то… абсурд, - устало сдался Влад и сел на койку.

- У тебя есть другое объяснение тому, что ты выжил в огне? И тому, что сейчас с тобой говорит все тот же человек, с которым ты говорил час назад, но уже в теле покойного ефрейтора? А еще тому, что снаружи светит красная луна и не меньше двух сотен воскресших мертвецов пытаются пробиться в этот бункер? - выдал свою тираду Крамер.

У Влада не было ответов. И, признаться, у него не было желания их искать. В одном мертвый немец был прав: он хотел умереть много лет назад, но у него не получалось. Когда не воспринимаешь собственную жизнь как нечто важное, даже такой абсурд, как слова Крамера, легко принимается за истину.

- Красная луна? - решил все же уточнить Влад.

- Один из чужих, территориальный, - уточнила девушка.

Влад не стал переспрашивать. Ему было все равно. Он пришел сюда, чтобы умереть от пули. У него не хватало духа покончить с этим самому, хоть он и пытался несколько раз. А теперь… теперь все это не имело смысла. Не имели смысла их слова, не имело смысла то, что происходило. Если Крамер прав и он не может умереть, то его жизнь превратится для него в кошмар.