Она уже приготовилась кричать на убой, но в парке оказалось многолюдно — садовники как раз стригли кусты. Тут же среди деревьев её взгляду открылось высотное здание со стеклянным фасадом, сверкавшим в рыжеватых лучах солнца. Ал подвёл её к неприметной двери и нажал на подсвеченную кнопку.

— Лиза, — сказал он в переговорное устройство и продолжил на всеобщем: — Я тут потеряшку подобрал, говорит, твоя.

Из динамика раздался женский голос, тоже говоривший на всеобщем:

— А кто там?

— Девица какая-то блондинистая, — с отвращением процедил Ал. — Приставала к Урику в лавке. Бедный парень от неё чуть сквозь стенку не прошёл. Потом ко мне полезла.

Из динамика донёсся смех — чуть сдавленный и не очень-то мелодичный. Мэй бы так при мужчине гыгыкать не стала.

— Наверное, Кира подружка, — сказал женский голос. — Веди её сюда.

Дверь щёлкнула, открываясь. Мужчина отпустил её ухо и толкнул Мэй вперёд, так что она влетела в вестибюль, чувствуя одновременно унижение и облегчение. Женщина упомянула Кира, значит, это кто-то знакомый!

Ал придержал её за загривок, когда подъехал лифт, как будто она могла пройти мимо дверей. В лифте Мэй сразу прилипла к зеркалу — волосы растрепались, ухо… Хм, даже не покраснело. Мэй осторожно его пощупала — не горячее. Ну ладно. Поправила пуховик. Кто бы ни была эта Лиза, всегда лучше выглядеть по максимуму.

Дверь открылась во что-то вроде просторной прихожей. Вдоль стены стояли обувницы с обувью самых разных размеров, на вешалке висел лыжный костюм и две маленькие курточки. Мэй увидела резную деревянную дверь и хотела было пойти к ней, но Ал придержал её за капюшон и молча указал на обувницу, после чего стащил свои сапоги и повесил на крючок свою роскошную шубу. Даже не на плечики! Вот варвар!

Впрочем, плечиков тут и не было, так что Мэй пришлось вешать свой пуховик точно так же. Она понадеялась, что Кир не обидится, ведь это его подарок.

Наконец её впустили в дверь. Мэй оказалась в просторной гостиной. Деревянная мебель органических форм, мягкие ковры на полу, на стене большое плетёное украшение из джутовой верёвки и деревянных бус. Огромные окна выходили на город, позолоченный зависшим над горами солнцем.

На диване, поджав под себя ноги, сидела невысокая женщина средних лет в голубом халате. Светлые кудрявые волосы обрамляли круглое лицо, которое Мэй сразу узнала.

Элизабет Гринберг. Императрица Муданга. Мать Кира.

— Привет, — сказала женщина с лёгкой улыбкой, поднимая взгляд от планшета. — Ты Мэй, что ли?

— Да… — выдавила Мэй, соображая, как себя вести. Папа пару раз брал её с собой на приёмы, где присутствовали высочайшие особы, но там всё было ужасно официально, и он следил за каждым её движением. В то же время Кир был… просто Кир. Хотя принц. И что же его мама?..