— Нет у меня никакого такого интереса! — отступил назад фотограф. Пригнулся, пробормотал. — За своё личное имущество переживаю!
— Не переживай, — отмахнулся генерал. — Случись что, выделю тебе денег на новый аппарат. А пока не стой, показывай, на что тут нужно будет нажимать? Погоди!
Обернулся к адъютанту:
— Александр Фёдорович, присмотрите за господином фотографом, не отпускайте его от себя. Сразу же после полёта пусть забирает свою камеру и отвезите его в мастерскую. И дождитесь снимков обязательно!
А мне этого фотографа даже жалко стало — человек в небо рвался, а его взяли и осадили, приземлили. Забота о собственном имуществе это так, отговорки, понятно же. Вот так и рушатся мечты. А вдруг мы, наша держава, то есть, в лице этого энтузиаста лишилась будущего замечательного пилота?
Как раз в этот момент и подошла к нам свита городского головы во главе с ним самим, пришлось прервать тренировку.
Паньшин опухший, глаза от солнечного света прячет. Заметно, что тяжко бедолаге, натанцевался вчера до упаду.
Валевачев сразу подхватил Якшинского под локоток, заговорил, увлёк в сторону, расхвалил за вчерашний роскошный приём. А купец и размяк от генеральской похвалы. Пусть и голова, но купец же, а тут такой генерал. Из столицы!
Паньшину тяжко-тяжко, а услышал каким-то образом наш разговор о новом самолёте, подошёл, извинился за отсутствие и тихонько спросил о новостях. Скрывать ничего не стал, рассказал всё, что сегодня услышал. Адвокат тут же забыл о здоровье, возбудился неимоверно:
— Вы никаких утвердительных ответов не давали, Николай Дмитриевич?
Обрадовался, стоило только его в этом заверить, и тут же поскакал к генералу с градоначальником отстаивать наши совместные интересы.
Минут через пятнадцать, когда я уже устал отвечать на настойчивые вопросы местного купечества и дворянства, вернулся раздражённый генерал. Взмахом руки спровадил зевак прочь, приказал адъютанту никого не подпускать к самолёту и усмехнулся:
— Ну и злой же юрист у вас, князь. И толковый. Чуть было последнее у меня не вырвал! Насилу отбился. Но предварительно договорились. Сегодня же подпишем с вами необходимые бумаги о сотрудничестве и намерениях. А сейчас давайте поскорее взлетать, а то ваш Александр Карлович явно что-то ещё замыслил.
Рассмеялся в ответ и согласился. Первым делом на кронштейн установили камеру, зарядили и загрузили на пол кабины несколько мешков-имитаторов бомб. Накинул куртку, посмотрел на генерала. Валевачев поймал мой вопросительный взгляд, увидел кожанку и ожидаемо отказался от одёжки, помотал головой. Понятно. Положил её назад, в багажный отсек. Ещё раз оглянулся на деревья, посмотрел, в каком направлении верхушки клонятся. Облизал указательный палец и поднял его над головой. На любопытно-вопросительный взгляд генерала ответил: