Дальше площадка и снова разгон скорости. Можно, конечно, продолжать потихонечку набирать высоту с маленькой вертикальной скоростью, но это хлопотно и требует постоянного внимания от лётчика и контроля за скоростью, за углом тангажа и прочим, прочим…

Мне же сейчас проще разгоняться и подскакивать вверх. Так и быстрее будет, и легче. Три-четыре таких подскока, и мы на высоте двести метров. Как настолько точно определил? Так на глазок же!

Шучу. На самом деле есть высоты, которые за годы профессиональной лётной деятельности намертво впиваются в зрительную память. Это высоты полётов по кругу, проходы приводов, начало выравнивания и выдерживания. При визуальных полётах все они определяются автоматически. При наличии должного опыта, ещё раз напоминаю.

Так дальше и пошли на этой высоте. Конечно, строго выдерживать её не получалось, но что такое плюс-минус десяток метров для нас? Ничего. Опять же болтанка началась, турбуленция появилась, тут уже не десяток метров, тут гораздо больше стали терять или набирать. Пришлось обходить кучевые облака, стараться не пролетать под ними. Стало немного легче, но всё равно то и дело встряхивало самолёт, кидало его из стороны в сторону. То придавит сверху нисходящим потоком так, что желудок в горло упирается, то швырнёт вверх на восходящем. Что при этом творится с желудком, лучше не упоминать…

И всё это время приходилось держаться железной дороги. Через два с небольшим часа показалась Гатчина. В сторону от железки не уходил, поэтому Павловский собор и Гатчинский дворец наблюдали издалека. Бедняга Паньшин даже ремни расстегнул и чуть было на меня не навалился сбоку, так ему хотелось всё сверху рассмотреть. Прошли мимо, успеем ещё насмотреться. Александр Карлович вздохнул тяжело и прямо мне в ухо, да и вернулся на своё место. Видеть нужно было, с каким страдальческим видом снова на себе ремни затянул!

А ещё через час показался купол Пулковской обсерватории, и я взял курс прямо на него. Теперь ещё проще будет ориентироваться.

Чесменскую церковь оставил по правому борту, пусть Паньшин полюбуется. А сам иду точно на шпиль Адмиралтейства. За ним ещё Петропавловский отлично виден, так что никак не заблужусь, даже если очень захочу. Над Паньшиным посмеиваюсь, а сам то и дело в боковое окошко поглядываю, городом любуюсь. Ну и волнуюсь, само собой. Я же для себя именно этот город буду открывать впервые…

Никольский собор, Исаакиевский, Спас на Крови, Зимний, Андреевский, Петропавловка…

Васильевский с его линиями и церквями остался слева, а я над Невой не удержался от соблазна и решил снизиться немного. Так, метров на пятьдесят. И прошёл над самым шпилем, над крепостью. Интересно же, как люди внизу на стрёкот мотора реагируют?