Бабы же с девками… Это отдельная песня, из которой слов точно не выкинешь! И боятся, держатся чуть поодаль, за мужицкими спинами прячутся. И в то же время глазёнками так и зыркают, головёнки свои любопытные вперёд тянут, всё мало-мальски интересное пропустить опасаются.

В общем, умотали хлещущими через край эмоциями. А если им самим в небо подняться? Что тогда будет?

Хорошо, хоть к планеру опасались прикасаться. Не знаю, что они там себе надумали, но ничего страшного с самолётиком не случилось. А там коляска подкатила, подоспел дядька, управляющий грозно рыкнул, народ и опомнился, отступил назад, примолк. Образовали практически правильный круг, стоят плотно-плотно, во все глаза на меня глядят и молчат. Уф-ф…

Дядька облапил, ощупал всего, руки-ноги проверил, в глаза заглянул. Игнат Иванович к планеру подошёл, рукой шкуру, что кабину обтягивала, потрогал. До крыла дотянулся, уже смелее по кромке пальцами провёл, вроде бы как погладил. До ручки управления дотронулся и руку отдёрнул, оглянулся. В глазах вопрос — можно ли?

Кивнул, улыбнулся — можно! Управляющий так же двумя пальцами покачал ручкой, элероны в ответ с шорохом ворохнулись. Игнат Иванович в сторону от испуга отскочил, тут же опомнился, хмыкнул, головой качнул и ещё раз оглянулся на меня. В этот раз в его взгляде уважения оказалось столько, что можно на хлеб вместо масла намазывать!

— Да всё со мной хорошо, — пытаюсь отстраниться от дядькиного захвата, а не получается. Вцепился в меня, словно клещ, и не отпускает.

И как мне быть? Рявкнуть? Обиду причиню. Пришлось уговаривать. Хорошо ещё, управляющий всё время рядышком находился, он-то и помог дядьку быстро успокоить.

— Чтоб ещё хоть раз, — раз за разом повторяет наставник. — Да ни в жизнь!

— Ладно тебе, — наконец-то умудряюсь вывернуться из цепких дядькиных рук. — Лучше распорядись планер в ангар откатить. Где там наши мастера с помощниками?

Вижу, что скорого ответа не получу и кидаю в толпу громкий клич:

— Емельян Федотыч! Ты где там? Куда запропал? Прокопыч, ау⁈

— Туточки мы, — тут же отозвался у меня из-за спины кузнец. А я и не видел. И когда подкрался? — И неча так кричать.

— Организуй своих подмастерьев и откатите планер в ангар. Да смотрите, чтобы ни одна посторонняя рука к нему не притрагивалась! — и уже для всех в полный голос продублировал приказ. — Руками к самолёту запрещаю прикасаться! Все слышали? Кто нарушит, оштрафую! Игнат Иванович, проследи, пожалуйста!

Управляющий кивнул, встал перед кабиной и приосанился, принял важный вид. Умора! Но местному крестьянству зашло, отступили опасливо на шаг-другой и как-то разом попритихли. Словно выключателем щёлкнули. Только птицы щебечут, да кузнечики в траве стрекочут. Не прислушивался бы, так и не услышал бы ничего.