Здесь же и сейчас без дела осталась лишь нанятая для обеспечения хозяйства прислуга и бестолковое куриное племя где-то за домом. А что куры? Говорю же, бестолковая птица! За неё даже в той моей жизни никого не штрафовали, если мало ли где на дороге под колёса попадёт.

Но, вку-усная, этого не отнять. А уж какой из неё суп с лапшой наша повариха готовит, не рассказать! Прозрачный бульон с жёлтенькими кружочками жирка на поверхности, белая лапшичка, картошечка и морковка кубиками… Сверху укропчик для аромата… Да с белым хлебом с хрустящей корочкой… Вспомнил и слюной захлебнулся! В который уж раз скандалист-желудок за бурчал, забормотал, явно снова уговаривает на кухню вернуться! Ни за что! Всё потом!

Ах, да, сверху и чуть в стороне, как раз над полем, жаворонок поёт! Значит, всё хорошо будет!

Приглушённый петушиный крик за домом (никак не уймётся, зараза) заставил прийти в себя и зашагать вперёд, к стоящим у аппарата плотнику с кузнецом. Мои первейшие помощники во всех моих начинаниях! Повезло, что сумел найти таких толковых и из города сманить. Заинтересовал новшествами. Что бы я без них делал?

Оба принарядились ради такого случая в новые косоворотки. Синенькие такие, сатиновые простенькие. Поверх жилетки. На головы парадные картузы напялили, ноги в сапоги, сразу видно что необмятые, обули. Встречают торжественно!

— Вот, твоё сиятельство, выкатили аппарат! С утречка пораньше, как ты и распорядился вчерась! — плотник ласково погладил кончиками пальцев обтянутую полотном кромку крыла. — И на лугу роса уже как раз успела высохнуть!

Кивнул в ответ, на большее от избытка чувств не хватило. Улыбнулся, получил в ответ широкую от уха до уха шальную улыбку. Похоже, плотник до сей поры сам себе не верил, что у него такое чудо сотвориться может. На друга своего оглянулся, тот степенно вперёд и шагнул. Встал рядком, огладил свою вечно подпаленную и оттого короткую бороду, поклонился чинно:

— Принимай аппарат, Николай Дмитриевич! — теперь уже и кузнец в свой черёд улыбнулся.

— Никак успел узел за ночь доделать, Прокопыч? — пришлось ответить, а сам не удержался от соблазна, вслед за плотником по лакированной липовой законцовке крыла ладошкой провёл.

Протарабанил, пробежался так же легонечко самыми кончиками пальцев по обшивке, и туго натянутая ткань, пропитанная на два слоя моим самодельным эмалитом, тут же отзывчиво благодарно загудела барабаном.

— Пришлось по новой кронштейны крепления рессоры переваривать и калить. Не за ночь, конечно, но уж до полуночи точно успел с ними закончить. Сразу собирать не стал, сам понимаешь. Утром уже собрали, с подмастерьями. А ведь хорошо получилось, сам посмотри!