Но, по-хорошему, нельзя было ей отказывать. Женщина добрая, с пониманием к нему относится. Принимает, в гимназию помогает устроиться. Словом, придется немного помучиться с краном, никуда не денешься.

— Глупый какой-то крепеж, несуразный. Да и Друг говорит, что можно проще сделать. А лучше, вообще, весь кран переделать.

Перед его глазами тут же возникла картинка с диковинным серебристым краном, у которого вместо двух барашков был один аккуратный рычажок. Эту картинку сменила ещё одна, где от крана отходил необычный гибкий шланг с лейкой на верхушке. Друг говорит, что у такого крана можно и руки мыть и самому помыться. Как интересно, никогда такого не видел…

— Силенок немного не хватает… А может попробовать другую Силу, — прошептал Рафи, подумав о магии. Кое-что ведь у него началось немного получаться. — Можно, заодно и потренируюсь.

Кивнув самому себе, начал. Отложив в сторону инструмент, привычно расслабился, «отпустил» лишние мысли. Голова, как и в тот раз, стала пустой, тишина едва не звенела. Одна за другой стали исчезать мысли, исчезал и прячась в закоулках мозга. Одновременно обострились чувства.

— А теперь попробуем еще раз.

Рафи хотел было взять гаечный ключь, но передумал. Ухватил гайку голыми пальцами, выдохнул воздух, и крутанул железку по часовой стрелке.

— Хм… Сильна.

Наконец, раздался противный скрип, и здоровенный железная гайка провернулась. После оставалось совсем ничего: все хорошенько промаслить, намотать на трубу немного тонкой конопляной верёвки, и завернуть гайку обратно.

А вот если бы он потрудился наклониться, то увидел бы кое-что весьма интересное. Прямо на ребре гайке остались два очень чётких отпечатка, которые полностью совпадали с отпечатками его пальцев.

— Вот и все. Пора сдавать работу.

Обрадованно потерев руки, Рафи поднялся на ноги и пошел в гостинную. Тётушка Витяна, кажется, там была. По крайней мере именно оттуда доносился её голос.

Паренек подошёл к двери гостиной и уже взялся за бронзовую ручку. Осталось только толкнуть её и зайти внутрь.

—… Очень сожалею, мадам, очень сожалею, — мужской дребезжащий голос показался Рафи очень знакомым. Он точно его недавно слышал. — Понимаете, это указание министра просвещения вышло только вчера. Признаюсь, я даже представить не мог, что так поднимут плату. По слухам, министр очень недоволен тем, что рядом с благородным сословием учится так много разночинцев. Мол, поэтому и появился этот рескрипт, повышающий в десять раз плату за обучение.

Навострив уши, Рафи приоткрыл немного дверь, чтобы слышать лучше. Разговор, похоже, напрямую его касался. Гость оказался тем самым профессором, что обещался помочь с поступлением в гимназию.