— Эй, кто там есть? — купчина, сверкая голыми ягодицами, вышел из спальни. — Что все попрятались? Олефтина? Варька? Стервы, где вас носит⁈ Мигом сюда, а то все косы повыдергиваю!
Из-за угла, где кончался коридор, испуганно выглянула девичью мордочка в цветастом платке. Чуть выше нее показалась и вторая, тоже в платке, но сером. Служанки.
— Живо сымайте свое тряпье и одевайте праздничные сарафаны, что я вам с ярмарки привез! — заметив их, Могута рявкнул во весь голос. — Сережка и кольца не забудьте! И морды покрасившее сделайте, чтобы посмотреть было на что! У нас большой гость! И чтобы перед ним на цырлах ходили, глазки строили! Жопы назад, сиськи вперед! Пусть княжич слюнями исходит от вас! Ясно⁈
Обе женские головки тут же спрятались за угол, откуда стало раздаваться шебуршение, яростный шепот и сопение. Обсуждали гостя и наряды, похоже.
А купчина на одном дыхании пронесся по коридору, оказавшись уже у широкой лестницы. Перегнулся через нее и заорал куда-то вниз, в сторону кухни.
— А вы, бездари, что притихли⁈ Чтобы обед седни, как у императора был! Все на стол тащите, что в закромах есть! Не дай Господь, гостю не понравиться, сгною! Вы меня знаете! — потрясал Могута кулаки, опершись на лестницу. В такт движениям тряслось и «хозяйство». Только смешно от этого никому не было. За насмешку над хозяином такого можно было огрести, что мертвым позавидуешь. — Сгною…
Так же рысью, как и до этого, он побежал в спальню. Оттуда лучше всего было видно улицу, по которой должны были княжича везти. Прежде чем с ним познакомиться, нужно было хоть издали на него посмотреть. Словом, понять, что это за птица.
—… Коли все получиться, то я это происшествие в свою пользу оберну. Этот сопляк меня наилучшим другом станет считать. Пару сотенных ему преподнесу за обиду, лишний раз поклонюсь, пару золотых перстней и цепочек подарю. Девки тоже расстараются. От молодых сладких пизденок еще никогда плохого не было, — причмокнул купчина, потирая руки. В голове уже очень приятная картина вырисовывалась, где он огромные барыши от спасения княжича получал. — А потом сам повезу его к родителям. Наилучших жеребцов запрягу… Не-ет, лучше автомобилю возьму. С форсом поедем…
Глава 22 * * *
У речного причала — длинной деревянной площадки с парой лодок и вереницей рыбацких сетей, вывешенных для просушки и починки — можно был увидеть довольно странную картину, мало знакомую для здешних мест. На досках в довольно необычной позе лежал подросток, одетый в богатое платье — коричневый твидовый костюм для верховых прогулок с многочисленными костюмами и серебряными застежками по моде, чуть зауженные брюки, заправленные в длинные ботинки с высокой шнуровкой. Смятое легкое кепи того же цвета валялось рядом, видимо брошенное хозяином за ненадобностью.