А тот подскочил к терему и, задрал голову. Конопатой рожей гримасничать начал, словно знаки какие-то подавал.

— Беда, Макар Силыч! Прямо жуть! — руками при этом дергал в сторону, будто показывал что-то. — Тама какой-то господин из благородных расшибся! Прямо у причала! Голова в крови, стонет сердешный, мамку-княгиyю завет…

Слушая спутанный рассказ слуги, Могута все никак в себя не мог прийти. Брюхо почесывал, раскачивался, на свой торчащий уд поглядывал. Но едва прозвучали слова о благородном юнце и его матери, княгини, с него мигом весь хмель сошёл. Раз, и ничего не осталось.

— Вот же блятство! Привалило откуда не ждали…

Точно беда! Получается на его землях аристократ расшибся! Целый княжич голову разбил! Это же беда бедовая!

Могуту пот прошиб, с головы и до ног заливая дурной жижей. Не дурак, сразу сообразил, что неведомые князь с княгиней с него запросто бошку снимут и потроха наружу вытащат. И никакие капиталы не помогут. Попробуй предложи, в мин в глотку забьют.

— Господи…

К счастью, растерянность быстро улетучилась. И уже через минуту он снова был самим собой, готовый упираться всеми руками и ногами. Могута, одним словом.

— Архипка, б…ь⁈ Подь сюды, стервец!

Не услышав ответ, резко развернулся и влетел в спальню. Что-то посмевшую вякнуть девку, тут же пинком отправил прочь.

— Макар Силыч, беда-то какая, — Архипка начал жалобно голосить, едва только вбежал. — Что же таперича будет?

Хрясть. Ладонью наотмашь как треснет, слуга аж в бревенчатую стену впечатался. Ещё раз хрясть! Золотыми печатками на пальцах все лицо в кровь расквасил.

— Подымайся, сукин кот! Глаза разуй и слухай! — Архипка, всхлипывая и растирая кровь по лицу, в момент вытянулся перед хозяином. — Возьми троих или лучше четверых человек с нормальными мордами, а не варнаков каких-нибудь. Запрягите самую наилучшую повозку, всю ее застелите медвежьими шкурам и рысью к причалу! Чтобы княжича доставили со всей вежливостью и почтением! А то я вас знаю, сукины дети!

Могута с силой потряс внушительным кулаков в воздухе. Таким если припечатать, весь дух можно вышибить из человека. Архипка сразу же побледнел еще больше и истово закивал. Мол, все понял и на все согласен.

— А ты, песья душонка, чтобы с княжичем, как приклеенный был! В рот ему смотри, в штаны заглядывай, но все про него прознай — кто таков, откуда, зачем, какие капиталы имеет, чем живет и что по нраву! Понял? Все вызнай! Апосля сразу же ко мне и все расскажешь. А теперь пшел вон!

Архипку, как ветром сдуло. Вроде бы только что был здесь, а теперь уже и нет его.