— Пошли прочь! — этого уже баронет не стерпел, заорав на всю улицу. Настроение совсем стало ни к черту. Получалось, что «накрылись» все его планы и мечты медным тазом. — Уличное отребье!

Поломка, хотя, и оказалась пустяшной, но требовала времени и, главное, особого инструмента на свое устранение. С тем инструментом, который он с собой прихватил, этого было не исправить.

— Э-э, господин, держи накидной ключ. С таким ты точно болты у цилиндра подтянешь, — вдруг услышал он мальчишечий голос, раздававшийся словно бы снизу. Повернулся и увидел, как прилично одетый подросток протягивает ему необычный гаечный ключ со странно изогнутым концом. — Бери, бери. Без него придется весь кожух снимать. А накидным ключом запросто справишься. Тут работы на пару минут всего.

Ольшанский молча схватил ключ, уже понимая, что с такой формой инструмента он точно сможет подтянуть крепеж и избавится от пробоев газов. Перегнулся через капот и с первой же попытки затянул первый болт. Новый инструмент удивительно хватким оказался.

— Ты крест на крест затягивай. Один здесь, а второй напротив. Потом к другой паре переходи, — рядом пристроился и паренек, с интересом следивший за его действиями. При этом успевал давать очень деловитые советы, которых и сам Ольшанский не ожидал услышать. — Если по-старинке затягивать будешь, то накладка на цилиндре перекосится и никакой герметичности не будет.

У баронета от таких советов даже рука в какой-то момент дрогнула и чуть ключ не выронила. Никак не ожидал он от подростка такого знания в моторе, причем в таком, который сейчас существует в мире в единственном экземпляре. Ведь, он внимательно следит за мировыми новостями, и уверен, что никто не продвинулся так далеко. А этот пацан говорит так, словно лучше его разбирается в двигателях внутреннего сгорания.

— Ты кто? — затянув последний болт, спросил баронет. — И благодарю за инструмент. Очень уже он у тебя оригинальной формы. Хотя его несомненную полезность не могу не признать.

А когда паренек открыл свою аккуратную кожаную сумку, чтобы убрать инструмент, то Ольшанский к своему удивлению увидел еще десятка два, а то и три других. Те, что он успел рассмотреть, вообще, ни на что не походили — какие-то схожие с циркулем и линейкой, с разнообразными ботиками и резьбой.

Баронет сейчас был готов на Библии, да и на Коране, поклясться, что таких инструментов он, вообще, никогда и нигде не видел. Откуда это все? Добыл? Украл?

— А где ты взял такие необычные инструменты? — сдерживая голос от нетерпения, проговорил баронет. Ему просто до ужаса захотелось обладать этой сумкой. Ведь, с таким набором ему никакие дорожные происшествия не страшны. — Украл, скорее всего. Это очень плохо, молодой человек. Я ведь сейчас могу кликнуть полицейского и тебе очень не поздоровиться.