Этот монстр Франкенштейна вообще состоял в значительной мере из запчастей, помещённых в тело врачами, а не природой. Импланты и клонированные органы, установленные на замену пришедшим в негодность, помогали ему раз за разом проходить медицинские комиссии. Капитан, конечно, и тут не оставался в стороне, давая на лапу тем, кто слишком уж рьяно пытался отобрать у давнего друга лицензию.
— Добро пожаловать в дом престарелых, — пошутила Рита, разворачиваясь на кресле, и в своей фирменной плутоватой манере ухмыльнулась. — Скоро будут новости?
Эрик встретился с ней взглядом, изобразив укор. Ей едва минуло семьдесят, совсем молодая, и, пожелай она, могла бы выглядеть не старше Клары. Но Рита не желала. Её, кажется, смешила возможность вызывать недоумение окружающих, когда те понимали, сколь сильно не стыкуются падкий на потеху нрав и откровенно старушечья внешность. Однако за морщинистой обёрткой скрывался крепкий и здоровый организм, иначе капитан не потащил бы ту в астронавты.
Рита проработала на «Фетиде» меньше, чем Хоссельхоф, но знала Эрика лучше, чем пилот, интересовавшийся только музыкой, космосом и возможностью управлять кораблём. От боевой подруги капитану мало что удавалось скрыть, и о плачевном состоянии дел она знала прекрасно, о чём прямо дала понять своим вопросом.
— Сейчас и будут, — не стал скрывать он, кивнув на дверь. — Иди, я собираюсь сделать объявление.
Рита хмыкнула и легко, совсем не по-стариковски, встала на ноги, прихватив планшет, крутивший очередную серию той чуши, которую связистка непрерывно смотрела в свободное время. Простенький искусственный интеллект, сокрытый в корпусе машины, избавлял от необходимости беспокоиться, что сериал когда-нибудь закончится, генерируя дальнейший сюжет и видеоряд, подстраивая их под желания зрителей. Большей дурости, чем в этих сериалах, Эрик в жизни не видел, и как-то раз поделился своим мнением с Ритой, из-за чего ему пришлось просмотреть несколько эпизодов «живого» производства, сохранившихся с древних времён. Наблюдая за сердечными терзаниями всяких там Херрем и Кармелит, капитан пришёл к выводу, что киноискусство этого жанра не столь уж сильно деградировало за прошедшие пару веков.
— Как тут дела? — Эрик перевёл взгляд на пилота, и тот повёл плечами, не убирая ладоней со штурвала.
— Всё в норме, неприятностей не ждём, — отозвался Хоссельхоф, выводя мысленным усилием на терминал диаграмму расчётов. — Через час дойдём до гелиопаузы. Если не спешим, я бы запросил пару часов на диагностику.
— Не спешим, — утешил капитан, но насторожился: — Почему два? Обычно же часа хватает.