Это были трое мужчин и одна женщина, стоявшая за их спинами. Хоть они и были все в серой мантии, я заметил вышитые узоры, и цвета вышивки явно на что-то намекали. Кстати, среди вышитых узоров были и похожие на татуировку на моей шее — видимо, в Камнеломе ранг мага было принято повторять и на одежде. Ну что ж, будем знать.

— Это мой телохранитель, — сразу же, по оговорённой заранее легенде, представила меня Креона, — Малуш.

— Хм-м-м, — впереди стоял магистр, равный мне по рангу, в мантии с оранжевым отливом. И, судя по узору, он тоже владел магией огня.

Короткий ёжик светлых волос, голубоватые глаза, бледная кожа. Типичный северянин, он даже чем-то меня напоминал, только в миниатюре.

— А это, Малуш… — Креона уже обратилась ко мне, — … советник кнеза Глеба Каменного, магистр Герман Искусный.

Я чуть склонил голову. Достаточно глубоко, чтобы выдать уважение, и не слишком подобострастно.

К счастью, среди магов бардов не наблюдалось, и некому было уличить нас во вранье. Но, на самом деле, мало кто из знати любил держать рядом бардов — в высших кругах слишком много лжи, и бардов туда и на пушечный выстрел не подпустят.

Быть может, поэтому у Виола и не заладилось ни с его отцом, ни с его братьями?

— Почему же вы, госпожа Креона, к нам в Камнелом последовали без телохранителя? — спросил Герман, с интересом меня разглядывая. Он не притронулся ни к одному из своих перстней, видимо, поверив на слово.

— Эрик сказал, что в городе под защитой дружины кнеза и так безопасно.

Маги без особых церемоний рассмеялись, и атмосфера заметно разрядилась.

— Ох уж эти деревенщины, — весело шепнул Герман Искусный, — Скажу честно, в шахте с кикиморами безопаснее, чем в Камнеломе. Уж слишком много денег там крутится…

Он даже поднял палец, словно изрёк мудрость.

— Жуки, — вдруг выдал я.

— Что? — спросила и Креона, и другие маги. Они стали переглядываться.

Я кивнул назад, в сторону другого конца деревни, где мы с бардом зачистили ещё шахту утром, и повторил:

— Жуки. Там.

Зачем я изображал из себя туповатого бросса, сложно было сказать. Но по своему опыту я знал, что там, где приходится играть другую роль, следует задавать себе планку пониже — и её всегда будет легче держать.

— Малуш имеет в виду, что в шахте старого Ивана тоже были твари, — сказал подоспевший камнетёс Эрик, которому жена наверняка уже рассказала новости, — С утра он уже наведался туда, и там оказалось несколько больше, чем мы раньше думали…

— Жуки⁈ — Герман переглянулся с остальными, потом повернулся ко мне, — Могильщики?

Спросил он даже с некоторой надеждой. В ответ я лишь пожал плечами, опять набычившись и нахмурив брови. Мол, надо, идите сами и смотрите.