* * *
Это была прекрасная ночь… Точнее, её остатки.
Впервые за долгое время чистый я лежал на простыни, укрывшись одеялом. И пусть простынь была вся в заплатах, стиранная, наверное, в тысячный раз, как и старенькое чиненное-перечиненное одеяло.
Подушка под головой кололась лежалой соломой, которую давно пора было менять, но после стольких ночей, проведённых в поле, в лесу и в горах, это было блаженством.
Я слушал сопение барда и мальчишки в комнате, а также голоса взволнованных стариков внизу, которые суетились с баней для Креоны. Кажется, чародейка слишком разомлела, не уследила за магией, и баня из жаркой превратилась в ледяную. Это вызвало у меня улыбку…
Ночь уже практически закончилась, за окном алел рассвет, но я всё же позволил себе закрыть глаза и заснуть.
* * *
Мы с Виолом стояли перед входом в шахту. Оттуда тянуло пылью и чем-то ещё, настораживающим и будто бы предупреждающим: «Хочешь остаться жив, не входи».
Я недовольно потёр нос. Ну вот, очень даже знакомая магия… Нечистью никакой и не пахнет, а вот в том, что кто-то туда сунул артефакт, заряженный на страх, сомневаться не приходилось. Причём работа очень грубая, с лишним магическим шумом.
Может, для деревни и сойдёт, но если бы Всеволоду Десятому предложили такой артефакт, он бы сунул артефакт его создателю… кхм… в другую пещеру.
Чем мы сегодня и займёмся. Но сначала, конечно же, достанем артефакт, чтобы было что возвращать хозяину.
— Громада, а ты уверен? — Виол поднял голову, с сожалением глядя на солнышко, которое так и останется тут. А он, бедный, будет прозябать в тёмных и холодных недрах горы…
— Боишься?
— Опасаюсь… Я как-то не очень люблю пещеры. Ты же знаешь, мне бы в город — таверны, рынки, музыка, толпа. Видит Маюн, там я, как рыба в воде.
— Тогда идём в Камнелом?
— Громада! — Виол возмущённо засопел, — Вы с Креоной бываете очень жестоки…
— Я бы как раз наконец выслушал твою историю. Виол, я не шучу. Кто такая та, кого ты так боишься?
Бард поджал губы, сверля меня взглядом. Потом обернулся на двор… Креону и Луку я решил оставить присматривать за стариками, потому что опасался мести со стороны боярина. По этой же причине и Кутень пока что продолжал дежурство над деревней.
— Она — маг земли, — нехотя сказал Виол, ступая под тень шахты, — Это редкая стихия для магов, и в Камнеломе очень ценится.
— И чем же ты ей насолил?
— Я… ну… мы не сошлись во взглядах на поэзию…
— Поэзию⁈
— Громада, сочиняют не только барды же. Любой, у кого есть талант… А, в печень всё! Просто я немного покритиковал её стихи.
Глава 23
Едва мы вошли под тронутые временем деревянные балки, поддерживающие своды шахты, как действие артефакта усилилось. Нам пришлось постоять немного, чтобы настроиться на чувство страха, давящего на нас из тёмной глубины тоннеля.