Да, магия привлекала горных кикимор, и сразу десять штук толпились в нескольких шагах от стены. Они хотели подойти ближе, но заклинание не давало, и поэтому кикиморы так и толпились и невидимой черты. На нас они не обращали никакого внимания, лишь протягивали, как заворожённые, свои лапы к узору.
Просто кикиморы были слишком слабы, но они, а точнее их кровь, была нужна, чтобы сильнее напитать узор. И скоро должны подтянуться существа посильнее, которые и прольют кровь кикимор…
— Почему они так хотят туда? — прошептал бард.
— Тёмная Магия, — ответил я, невольно отступая назад, — Точнее, Магия Крови… Не знаю, кто научил боярина этому заклинанию, но он сыграл с ним злую шутку.
— Ты о чём? — спросил Виол, а потом вздрогнул, резко обернувшись, — Что это?
Я обернулся, тоже прислушиваясь. До меня донёсся отдалённый треск, и было непонятно, это трещат сами стены или звук доносится из коридора, по которому мы пришли.
— Маюнова песнь! — Виол побледнел, — Сюда идёт кто-то… что-то огромное!
До меня тяжёлые шаги донеслись лишь спустя несколько секунд…
Глава 24
Пока что я не знал, что это за тварь, но подозревал, что сборище кикимор в сравнении с ней — мошкара. А значит, надо было спешить.
— Нам не успеть выйти, он уже прошёл поворот, — прошептал Виол, — И движется сюда.
— Нам и не стоит выходить, — ответил я, снова оборачиваясь, — Эту печать следует уничтожить, иначе не только этой деревушке, но и всему Камнелому конец.
— Громада, неужели всё так плохо?
Я обернулся, снова рассматривая магический узор. Задумчиво глянул на топор в руке.
— Ещё нет…
Спрашивается, а зачем я, съев Белоцвет, изучил «Клинок ветра» и до сих пор его не использовал по делу? От узора на дальней стене пещеры нас отделяла только толпа ёрзающих кикимор, и я, примерившись, поднял Губитель Древа. Отвёл руку для замаха…
Когда я впервые пробовал это умение, до срезанных деревьев было примерно столько же шагов.
— То есть, достаточно просто повредить символ? — спросил бард.
— Да, пока он не окреп от крови магических существ.
Я как раз начал движение, но вовремя остановил руку. «Не окреп от крови?» Стой, варвар, не спеши. Опусти топор… Подумай.
Да, я могу уничтожить узор. При этом могу случайно снести головы горным кикиморам, кровь брызнет на стену, и тогда большой вопрос, уничтожится ли символ.
Магия Крови — очень тонкая наука. Она невероятно сильна, настолько, что может вредить богам… И одновременно с этим очень уязвима, так, что грозное заклинание может нарушить даже ничтожное вмешательство.
Когда я освобождал Агату под маяком Ефима из магической тюрьмы, одна капля моей крови дала трещину в куполе, через который не могли пробиться молитвы жрицы к Моркате.