Для этого требовалось просмотреть каждый контур, запомнить течение энергии в каждом завитке. Сначала я научусь контролировать себя в спокойном состоянии.

Затем я должен буду прогнать все известные мне заклинания, и в этот момент смотреть, какие точно контуры задействуются, и так же следить за ними. Естественно, всё это требует работы ума. Сначала следишь осознанно, а потом надо переводить это на подсознательный уровень…

Но у меня не было выбора.

Сейчас всё перевернулось с ног на голову, и я уже точно не знал, какие у меня ещё враги появились.

* * *

Прошло больше часа прежде, чем я, мокрый и потный от неимоверных усилий, смог добиться результатов. Правда, это всё было в спокойном состоянии… Расщелину мне в душу! И это спокойное состояние⁈

Просто я слегка недооценил стихию огня, которая теперь при этом и смешалась с магией воздуха. Вулкан продолжал насыщать меня энергией, буквально впихивая её в меня, как кашу в малыша ложками, и каждую минуту мне приходилось практически осваивать собственное магическое тело заново.

Два источника спеклись в единый, в перспективе позволяя мне создавать интересные заклинания. Но в итоге получилась очень вспыльчивая стихия, явно берущая свой характер в бросских истоках, и которая буквально кипела и выплёскивалась из меня.

Магия Тьмы спокойна и холодна по своей природе, и теперь я понял, какие лёгкие и тепличные условия были у Всеволода. Всё равно, что приручить домашнюю кошку, а потом взяться с этим опытом за льва…

— Так, теперь попробуем, — я встал и открыл глаза, следя за общим своим состоянием. Ощущение было, что встаю с полной кастрюлей кипятка на своих плечах.

Кастрюля — это та зыбкая мысленная граница, в которую я заключил свою энергию. Кипяток — это магия, которая продолжает бурлить и выплёскиваться, да ещё и прибывает с каждой секундой. И мне надо было успевать мысленно увеличивать границы ёмкости, чтобы сила не выплёскивалась в эфир.

— Кровный купол вокруг вулкана скрывает любую силу, — вдруг сказал Кенна, который всё это время стоял рядом, — Если ты, Малуш, боишься быть обнаруженным, то зря.

— Я знаю, — спокойно сказал я, — От того и спешу. Когда я уйду отсюда, у меня не будет этой защиты.

Так. Встал и даже сказал фразу… Магия не выплеснулась, не побежала волнами по эфиру. Уже хорошо.

Теперь пробуем. Эх, где мой Кутень?

Вспомнив о цербере, я попробовал мысленно до него дотянуться. Но мой разум был чист, ни единого намёка на Кутеня… Как бы я совсем не потерял способность его слышать, это было бы ужасно.

Сдаётся мне, когда Хморок из меня вышел, он обрубил мне все связи с Тьмой. Неуклюжий увалень, мог бы и аккуратнее.