Только один человек мог знать правду об Элинайе. Тот, кто её создал и выпустил в мир. И к нему Лэндон решил отправится первым делом, а уже потом заняться вопросом, связанным с Присциллой дес Крисбет и её сбежавшим женихом.

Особняк Тэренса Гримса выглядел сумрачно и тускло. Он резко выделялся на фоне аккуратных, выкрашенных в яркие цвета соседних домиков, отделённый от них высокой изгородью. Казалось, над тёмной черепичной крышей его повисла чёрная предгрозовая туча.

Создатель кукол открыл дверь не сразу. Гай даже успел подумать, что едва ли его впустят. Гримс встретил визитёра лично, и вид у него был крайне недовольный.

Первым, что увидел Лэндон, войдя в мрачный холл этого дома, оказался портрет. Портрет девочки-подростка в пышном голубом платье. Ещё по-детски неуклюжей, точно молодой оленёнок, но в то же время удивительно светлой, улыбчивой и большеглазой. Она совсем не походила на угрюмого человека, который встретил главу магистрата на пороге. Гай посмотрел на него.

— Это ваша дочь?

— Да, — коротко ответил Гримс.

— Как её зовут?

— Армелина.

— Красивое имя… Она сейчас не здесь? Непохоже, чтобы в доме был кто-то ещё.

— Учится в школе-пансионе. Вы пришли поговорить о моей дочери? Что вам нужно, лорд Лэндон?

— Я пришёл поговорить об Элинайе.

— Что с ней не так? — уставившись на него, с вызовом спросил собеседник.

— Уверен, вы знаете, что.

— Понятия не имею. Но я кое-что слышал о вас. Вы не любите живые игрушки! Даже собирались запретить их, но слишком много людей проголосовало против. Не следовало вашим приятелям преподносить вам подобный подарок.

— Это правда, — кивнул Гай. — Подарок и в самом деле оказался неожиданным и нежеланным. И очень необычным.

— Что в ней необычного? Это всего лишь кукла, а не какая-нибудь благородная леди. Не церемоньтесь с ней. Берите и пользуйтесь, делайте с ней всё, что захотите. Она не суккуб, но тоже умеет доставить удовольствие мужчине.

Гримс рассуждал так цинично, что Лэндону захотелось поморщиться. Неприятно было слушать такие слова об Элинайе, которую он сам уже некоторое время не воспринимал как всего лишь куклу. Да, она появилась в его доме совсем недавно, но ознаменовала собой разительные перемены. Даже перерождение небесной птицы, его фамильяра, и то случилось в её присутствии. Кажется, Элинайя к Фрези искренне привязалась… но разве игрушкам дано испытывать чувства?..

— Так вы уверены, что в этой кукле нет ничего особенного? — уточнил Гай. — Что она абсолютно ничем не отличается от других ваших созданий? Кстати, можно на них взглянуть?