— Но тогда получается, моя душа в этом теле чужая? — я ткнул себя большим пальцем в грудь. — Сын князя ничего помнить не мог. Ты же сама так считаешь…

— Не говори глупостей, — Велеслава грустно усмехнулась. — Душа в чужое тело никогда не войдет. Думаю, ее никогда не было у этого парня. Ну или она улетела так далеко, что никогда бы уже не вернулась. Думаешь, кровь откликнулась бы чужой душе?

«Да хрен его знает», — мысленно хмыкнул я, а вслух поинтересовался:

— Ну а ты сама как считаешь? Зачем меня привели в этот мир?

— Как предупреждение, — Велеслава пожала плечами. — Помнишь, ты рассказывал про ту битву, где погибли князья? Может быть, еще что-то вспомнил?

— Только разрозненные отрывки, — я поправил щит за плечами и поискал взглядом пса. — Вроде монголы присылали посольство, чтобы рассорить нас с половцами. Всех этих послов перебили[4]. Потом были разгромлены несколько передовых монгольских отрядов, а после этого случилось сражение. Мы проиграли… Еще кого-то из князей вроде бы взяли в плен и убили…[5] Это только обрывки. Я могу ошибаться…

— Нет, не ошибаешься, — Велеслава покачала головой. — В том посольстве было четверо колдунов. Они собирались убить принимавших их князей, но просчитались. Насчет передовых отрядов — не знаю, но главное сражение было проиграно. Все, кто попал в плен, были убиты: и князья, и дружинники.

— Вот это и есть главная опасность для нашей земли, — я посмотрел на волхву. — Монголы скоро снова придут, и отбиться от них не получится. Если все останется так, как сейчас…

— А ты знаешь, что нужно делать? — Велеслава испытывающе посмотрела в глаза. — Знаешь, как нам отбиться?

— Знаю, — я кивнул, — но мой ответ тебе не понравится. Не только тебе…

— Говори! — в голосе женщины лязгнула сталь. — Я хочу, чтобы ты это сказал.

Наверное, можно было повременить с этими разговорами, но все равно же когда-то придется им все рассказать. Сейчас момент выдался подходящий. Велеслава относится ко мне хорошо, и она не последний человек в местной табели о рангах, как и любой служитель богов. Нужно посмотреть на реакцию и после этого делать какие-то выводы.

— Этой земле нужен хозяин-государь, — произнес я, спокойно глядя в глаза собеседнице. — Один государь, а не сотня князей, переезжающих из города в город по лествице наследования. Наследовать ему должен старший сын, и никто больше. Сломаем лествицу — отобьемся, не сломаем — не будет даже призрачных шансов.

При этих моих словах лицо Велеславы заледенело. Волхва сжала посох так, что побелели костяшки и, заметно сдерживаясь, уточнила: