Так, а что, если попытаться подсластить пилюлю?

— Я бы на его месте так бы и поступил, ваше сиятельство, — произнёс я, и Игнатьев одобрительно улыбнулся.

— В последнее время у меня всё меньше и меньше сомнений насчёт этого, Алексей. Надеюсь, что и сегодня ты меня не подведёшь.

В ответ я лишь кивнул, не став ничего говорить. Вместо этого я задумался над тем, что картина не складывалась. Если этот «Макаров» на самом деле работал на мэра Иркутска, то почему тогда он не использовал свои связи для того, чтобы решить вопрос с уликой? Или их у него нет? Вот ни за что я не поверю в то, что у такого человека нет нужных связей.

Хотя…

Если так подумать, то Игнатьев с Измайловым тоже пошли на определённые меры, дабы заполучить своего человека внутри департамента. Странно всё это…

Стоп. А кто там вообще ведёт то дело?

Я вдруг вспомнил, что абсолютно не обратил внимания на фамилию сотрудника УОР, ответственного за это расследование. Может быть, он просто боялся таким образом показать факт наличия у Сурганова второй, куда более тёмной личности?

— Ваше сиятельство, скажите, а многие ли знают о том, кто такой Макаров на самом деле? — очень тихо спросил я.

— Единицы, — так же тихо ответил он и сразу же добавил: — И, предвосхищая твой вопрос, скажу сразу — нет. Использовать эту информацию в своих целях чревато. Евгений знает обо мне достаточно, чтобы, если и не похоронить мою репутацию, то, как минимум, чрезмерно усложнить мне жизнь. Слишком сильно, чтобы я мог рассчитывать выбраться из подобного положения без потерь.

Выслушав его, я с самым серьёзным видом кивнул и больше ничего говорить не стал. Как и думал — тактика гарантированного взаимного уничтожения. Сдашь меня, а я в ответ сдам тебя, и посмотрим, кому придётся хуже. Буквально жизнь в банке с ядовитыми пауками.

Тем временем Макаров-Сурганов подошёл к нам, а следующий за ним по пятам мужчина лет сорока остановился лишь на миг, чтобы прикрыть дверь. Скорее всего, телохранитель. Уж очень показательно он держался и…

Да он же альфар! Я даже не сразу обратил на это внимание, отвлечённый короткими и чёрными, как вороньё крыло, волосами. Да и не сразу заметил иную форму ушей. При этом они выглядели так, словно кто-то умышленно и крайне топорно укоротил их.

— Ну что? — произнёс Сурганов, обведя взглядом всех присутствующих. — Давайте начнём? А то у меня не так много времени, чтобы тратить его на пустую болтовню. Михаил Борисович скоро пресытится картинами, а мне ещё его развлекать сегодня.

— Уверен, что наш достопочтенный мэр даже не заметит твоего отсутствия, Евгений, — вежливо улыбнулся Игнатьев, после чего указал на стол. — У нас достаточно времени…