— Интересная идея. Давай попробуем!

Взяв кусок хорошего сливочного масла, я растопил его на самом слабом огне, не давая зашкворчать и потемнеть, после чего всыпал в него ложку листьев Эрл Грей. Масло тут же зашептало, покрылось мелкими пузырьками у чаинок, и кухню заполнил запах бергамота — яркий, цитрусовый и немного дерзкий.

Протомив масло около десяти минут, я процедил его через мелкое сито, отжимая листья ложкой. Получилась золотистая, прозрачная и очень душистая жидкость. Мы с Лерой обмакнули в неё корочки свежего хлеба…

Вот это да! Бергамот, сливки и чуть горчинки от танинов.

— На таком масле, можно поджарить гребешок. Или пропитать им бисквит. Или… добавить в крем. — произнёс я.

— Да, очень хорошая добавка. Но я бы попробовала поджарить в нём креветки. Именно неочищенные, чтобы масло не повредило нежное мясо.

— Тоже вариант.

Потом было ещё проще и честнее. Я заварил крепкий ассам, посолил, поперчил, добавил лаврушку и на этом чёрном, солодовом, почти мясном по плотности настое сварил обычную картошку.

— Ого! — Лера с удивлением разглядывала тёмную картофелину: — Выглядит очень необычно.

— На то и расчёт. А что по вкусу?

— Она явно плотнее… Знаешь, с каким-то земляным, «взрослым» оттенком! Будто её вырастили не на грядке, а в каком-то более серьёзном и старом мире.

— Попробую сделать толченку! — я тут же вооружился толкушкой.

Любой повар ищет уникальные вкусы. Конечно же, было сложно назвать то, что сейчас происходило: «продолжением». Однако, мне казалось, что Леру я всё же немного надурил.

Растолкав картошку с чайным маслом, я разложил получившееся по двум тарелкам.

— Вот это вкуснотень! Невероятно! — Глава студсовета выглядела счастливой.

Хорошо, что она сама себя заманила в эту ловушку…

— Ну, что? Пришло время для самого смелого и дерзкого. — усмехнулся я.

— К чему же?

— К копчению чаем.

— Вау…

— Ирина-сан рассказывала, как в китайской кухне утку или курицу коптят над смесью риса, сахара и чёрного чая прямо в воке, накрытом крышкой. Чаинки, соприкасаясь с раскалённым дном, начинают тлеть и дымить. А этот дым — тонкий и ароматный! Не такой грубый, как от щепы. Он буквально обволакивает мясо и впитывается в него, оставляет золотисто-янтарную корочку и запах, от которого невозможно уйти.

— А у тебя утка есть?

— Увы, всё закончилось из-за дуэли с Леоном. А просить у Настюши новую мне неловко. Поэтому… подойдём к вопросу нестандартно.

— Аккуратнее, Дерек… Я в отличии от первогодок — не дурочка. Только я заподозрю неладное — сразу сбегу. И если ты думаешь, что сильнее меня…

— Ни в коем случае! Всё будет максимально законно.