– Чего ты от меня хочешь? – шикнула на Агнес и попыталась выдернуть руку.
– Извинись! Признай, что была неправа, прими и поблагодари за подарок!
– Нет! – я уперлась ногами в землю, неожиданно с другой стороны меня под локоток цапнула Люсия.
– Как ни странно, но сейчас Агнес права!
Вот ведь! Помирила сестер на свою голову!
– Вы с ума сошли! Я не хочу с ним сближаться, даже время проводить не хочу! Агнес! Он же тебе нравится! Вперед – действуй!
Старшенькая замерла, резко повернулась ко мне и впилась взглядом.
– С чего ты взяла?
– Да ты краснеешь все утро едва с ним взглядом столкнешься! Просто скажи, что у тебя к нему чувства!
– У меня нет… – выдохнула первая принцесса и тут же залилась румянцем.
Глава 26. Гнев чародея
Волшебный мир всегда был частью моей жизни. Я росла рядом с фейри, слушала сказки чародеев, собирала волшебные растения.
Никто никогда на меня не охотился. Даже попытки Бугасика напугать не могу воспринимать всерьез. Наверное, по тем же причинам я не испытываю страха перед волшебством, но вдруг объявился чародей. Колдует посреди белого дня на центральной площади столицы, наплевав на законы народов Холмов. Да, его должно было молнией долбануть исключительно справедливости ради! Раз десять!
Дрыгаю ногами, пытаюсь хоть руки освободить, но волшебный вихрь держит крепче веревки. Что делать? Почему Добриэля до сих пор нет? Или…
Сердце свалилось в пятки, вспомнилось предупреждение Ёбы-сана, столица – угодья Самаэля. Он тут царь и бог. Возможно, крестный просто не может сюда прорваться. Как и Самаэль не может зайти в Радужный лес. Мы в ловушке на его земле, сейчас надеяться можно только на себя.
Вот это попадос!
Дурнота подступила к горлу, облизываю пересохшие губы, а в голове паника мечется все разумные мысли вытисняя. Сжимаю пальцы в кулаки, что аж ногти впиваются в кожу, напрягаюсь всем телом.
Нужна трезвая голова! Давай, Вержик, думай! Чародеи и фейри, я понимаю их лучше, чем все вокруг. Наконец здравая мыслишка скромненько постучалась в голову:
“Если чародей заявился сюда, да еще и так нагло, значит ему что-то нужно! А желание – это всегда предмет для торга!”
Ухмыляюсь во весь рот!
Сейчас я с этого гада в дырявые ботинки обую и дохлого мерина ему продам! – кровь жжется от предвкушения.
Поворачиваю голову и наконец – вижу чародея.
Холодок ознобом прокатился по спине, будто меня с разгону макнули в сугроб, а потом еще и за шиворот снега напихали.
Мамочка, как ты могла в вот этого влюбиться? Это ж чудище мохнатое!
Самаэль завис прямо в воздухе, а его багровый плащ развивался на ветру. Черная шерсть – напоминала клочья мрака. Громоздкая золотая броня закрывала грудь и могучие плечи. На лице словно раскаленное золото полыхали глаза, а в когтистой руке он сжимал сферу, небольшую, но такую яркую. Казалось негодяй безбожно солнце в заложники захапал.