Перед глазами всплыли строки из исторической хроники, которые я перечитывала ночью несколько раз подряд. Они гласили, что «…исследовательские записи Элиана Торвейна бесследно исчезли во время Сражения у Серых Рубежей». Тогда это казалось загадкой истории. Теперь я знала ответ. Они не исчезли. Он сам от них избавился.
— Если его исследований больше нет, значит, здесь мы больше ничего не найдём о нашей неизвестной находке, — с лёгкостью уловил ход моих размышлений Рэйнар.
Я вынужденно кивнула и осторожно сжала в ладони медальон с именем Торвейна, готовая признать поражение. Но так и не признала его. И нет, не потому, что я упрямая или слишком гордая. Просто следом я вспомнила, что даже если все полевые записи королевского артефактора действительно сгорели вместе с ним, это ещё не означало, что исчезло вообще всё. Такие исследования никогда не рождаются за один день. Должны были остаться черновики, ранние расчёты, отчёты для Королевского совета, может быть даже переписка, а ещё обязательно лабораторные журналы...
Я резко подняла голову, моментально воспрянув духом. Мой напарник такой внезапной смены моего настроя не ожидал, поэтому немного удивился. Но я всё равно улыбнулась и незамедлительно сообщила:
— Пора возвращаться в Академию.
Глава 7
— Как это нет?!
Моё возмущение прозвучало так громко, что сразу несколько студентов за ближайшими столами синхронно подняли головы. Один из них даже приложил палец к губам, призывая соблюдать тишину, чем едва не усугубил ситуацию окончательно. Можно подумать, именно я сейчас отказывалась предоставлять доступ к сведениям государственной важности человеку, который обязан был разобраться с неизвестным древним артефактом и спасти от его пагубного влияния одного невинного боевого мага.
Ладно, насчёт невинности Рэйнара Эшвуда я преувеличивала…
Но в целом и общем — очень даже нет!
Вот только Арчибальд Кроу, в отличие от окружающих, на мой вопль никак не отреагировал. Даже не моргнул. Сухонький старичок в неизменной серой мантии продолжал сидеть за массивной библиотечной кафедрой, сложив перед собой тонкие руки, и смотреть на меня поверх очков с таким выражением, словно за долгие годы работы повидал студентов и погромче, и понастойчивее, и значительно изобретательнее.
Вполне возможно, так оно и было.
Об Арчибальде Кроу говорили, что он помнит каждую книгу в библиотеке «в лицо», знает содержание всех редких рукописей и способен по одному залому на странице определить имя преступника, посмевшего испортить доверенное ему издание. Ещё утверждали, будто за время заведования библиотекой он пережил три апокалипсиса, две смены ректора и одну кафедру некромантии, которая однажды пыталась доказать, что запрет на вынос останков из подземного хранилища сформулирован недостаточно точно. И сама библиотека Академии «Талисман» была вполне достойна своего бессменного хранителя. Отдельное здание из серого камня соединялось с главным корпусом длинной застеклённой галереей, парящей над внутренним двором на высоте третьего этажа. Внутри библиотека казалась ещё больше, чем снаружи. Многочисленные ярусы поднимались один над другим, между ними тянулись узкие мостики и винтовые лестницы, а стеллажи уходили так далеко в глубину залов, что последние ряды растворялись в полумраке. Здесь неизменно пахло старой бумагой, древесиной и озоном от мощных охранных заклинаний, способных, по слухам, выдержать осаду небольшой армии.