Попалась.

Девушка смотрит на меня, улыбаясь с вызовом, и, прижимаясь к грубой темной стене, блестит глазами. Молоденькая с бледным аккуратным лицом, на щеках сейчас румянец. У нее тонкий нос с небольшой горбинкой. Аккуратная грудь под черным платьем вздымается красноречиво часто. Нам нет нужды говорить.

Хочешь полетать со мной, черноглазая?

Читаю ответ «да» в огромных глазах, таких черных, что я не вижу зрачков.

Шаг на нее.

Протягиваю руку, пальцами подцепляя острый подбородок. Мне всегда нравилось первое прикосновение к коже. По нему можно судить о дальнейшем удовольствии.

О, это первое прикосновение к ней обещает так много, что мой рот тотчас наполняется слюной. Я готов, возбужден и не хочу медлить. Она тоже готова, вижу.

Красная ленточка тонкого пояса на талии…

Я тяну ее, медленно развязывая, облизываю губы, не отводя взгляда от черных глаз… С трудом растягиваю удовольствие перед тем, как накинуться. Гладкая ленточка остается у меня в руке, и я автоматически сую ее в карман, не хочу бросать на пол такую прелесть… Пальцы нащупывают в кармане мундира какой-то комок. Вытаскиваю наружу и мельком отмечаю странное.

У меня в руке пинетка.

Зрение плывет, я фиксирую движение девушки около себя и ее руку на моей груди, но все еще тупо пялюсь на комочек светлой пряжи, похожий на неумелую детскую поделку. Первая Катина попытка вязать, при виде которой я едва удержался от смеха. Пинетка. Для ребенка. Здесь. Сейчас.

Я сжимаю мягкий комок.

Инородный объект. Сознание слабо шевелится, пытаясь обработать новый элемент в уравнении и заново анализируя происходящее.

Где я? С кем я? Я контролирую себя?

Общий дом. Какая-то девушка. Абсолютно… Абсолютно нет. Нулевой контроль. Опасно. ОПАСНО!

Вскинувшись, я отшатываюсь от девушки как от чумы.

«СТОЙ СПОКОЙНО. МОЛЧИ. НЕ ДЕРГАЙСЯ. ЖДИ», — срочно отдаю приказ. Она послушно застывает.

Отпрыгиваю к противоположной стене, судорожно прижимая пинетку к носу. Запах. Запах дома. Птенчик.

Почти в панике пытаясь собрать остатки разума, быстро шарю глазами по комнате, осоловело выхватывая только разрозненные фрагменты.

Лежанка. Пустые стены. Крошечное окно.

Окно! Бросаюсь к нему, махом открываю форточку, чуть не вырывая ее и вскинувшись, исступленно глотаю свежий морозный воздух. Загребаю свободной рукой снег с карниза, рамы, все сколько есть и жадно как дорвавшийся до воли зверь глотаю холодную живительную кашицу, хотя бы так получая долгожданную воду. Дохожу до того, что ногтями соскребаю все до ледяной корки. Ниже пасть уже некуда. Протираю мокрой рукой пылающее лицо.