Выбрал двух автоматчиков из свежего пополнения и направился туда, где по смутным воспоминаниям мог находиться кабинет бургомистра. Помнил я это, ну очень смутно, потому как был здесь лишь однажды — сразу после того самого нападения Накелави…

Домой надо бы зайти. Хотя бы посмотреть, что с стало с усадьбой за все эти годы… И на могилу к Вильгельмине.

И где же сейчас Хильда? Надеюсь, с ней всё в порядке…

Женский крик разорвал тишину, и мы сорвались вперёд.

Поворот направо, короткий коридор… Ещё один крик. Поиск и метки живых ведут сюда…

— Эта! — указал я на одну из дверей.

«Цербер» пнул её — заперто. И, похоже, так просто не вышибить — это вам не дешёвая фанерка, а настоящий дуб… Солдат прицелился из автомата в район замка… Но я уже закончил схему «воздушного тарана».

Дверь разлетелась на куски, и я немедленно двинулся вперёд, загодя активируя силовой щит.

Прогремело несколько выстрелов, и в щите застряли мягкие кусочки свинца — похоже, что револьверные пули.

Это не кабинет бургомистра — скорее чья-то личная комната. Судя по отделке — кого-то из женщин.

Внутри — с десяток человек. Восемь мужчин — судя по одежде, мастеровые. Деловито раскладывают двух кричащих девушек в форме горничных. Ещё одна девушка лежала на полу — это не служанка, одета явно лучше. Наверняка — аристократка… Была.

Платье разодрано, длинные русые волосы разметались в беспорядке… Шея перерезана. Но крови ещё много натечь не успело.

Среагировать на наше появление успели двое, открывшие лихорадочную стрельбу из стареньких «драгунов». Я хладнокровно дождался, пока они опустошат барабаны, а затем скомандовал:

— С Т О Я Т Ь.

Оцепенели все, даже «церберы» — не знаю, как на тварей, давно с ними не сталкивался уже, а вот на людей улучшенный Голос действует неплохо…

Я немедленно снял щит и ударил магией.

Одного из вооружённых бандитов отбросило назад ударом молнии, впечатав прямо в роскошное белое фортепиано, разломав его на части. Впечатало уже мёртвым — молния остановила сердце почти мгновенно.

Горло второго противника перечеркнуло воздушное лезвие, а затем из разреза выплеснулась алая кровь, и он осел на пол.

Остальных снесло воздушной волной и отбросило к стене. Один из бандитов на удивление резво вскочил на ноги, выхватил из-под полы пиджака длинный грубый нож и с криком метнулся к нам.

Коротко прогрохотали «фёдоровы» «церберов», изрешетив нападающего, который немедленно рухнул на колени и уткнулся лицом в пол. Ещё один потянулся было к висящему на поясе револьверу, и я немедленно прострелил ему плечо из пистолета.