Ему было позволено исчезать. Бросать меня. Возвращаться, когда вздумается.А мне — только ждать и делать вид, что мне всё равно.

— Я бросил Арвен.

Его голос прозвучал глухо, но для меня эти слова стали громом среди ясного неба. Я застыла, не в силах даже вздохнуть. Мир вокруг на мгновение схлопнулся до размеров этой комнаты.

— И с какого это перепуга? — вытолкнула я из себя, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Меня не было месяц, Кетрин. Я долго думал, взвешивал всё... — Адам сделал шаг ко мне, его взгляд был лихорадочным. — Нужно было разорвать контракт с её отцом, а это не делается за один день. Я просто не хотел забивать тебе голову этими проблемами, пока всё не решится.

Я горько усмехнулась. Спокойствие, которое нашло на меня в этот момент, пугало даже меня саму.

— Ты и так давно её «забил». Сказал бы прямо, что просто воспользовался мной, и мы бы разошлись.

Адам изменился в лице. Я видела, как поползли желваки на его сжатых челюстях, как в глазах вспыхнула болезненная искра. Мои слова ударили по нему сильнее, чем любая пощёчина.

— Нет, Кэтрин... — он выдохнул это почти у самых моих губ. — Я пришёл сказать, что бросил её, потому что люблю тебя. Я окончательно понял, что не могу дышать без тебя. После той ночи я не находил себе места. Я готов на всё, чтобы ты простила меня. Я был дураком, я виню себя за каждый день, проведённый не с тобой.

Я медленно обернулась к нему. Любит? Это слово прозвучало как приговор, к которому я не была готова. Он бросил всё — статус, выгодный брак, покой — ради меня? Это казалось сюрреалистичным сном, хрупкой иллюзией, которая рассыплется, стоит мне коснуться её рукой.

— Пожалуйста, прости меня, — его голос сорвался на шёпот, полный раскаяния. — Я люблю тебя. Всегда любил. Все эти годы я пытался взрастить в себе ненависть, убеждал себя, что презираю тебя, но это была ложь. Жалкая попытка спастись от самого себя. Дай мне шанс всё исправить. Я буду ждать столько, сколько потребуется.

Внутри меня бушевал шторм. Я любила его до дрожи, до безумия, до острой боли под ребрами. Но обида, копившаяся годами, эти наслоения лжи и одиночества... они стояли между нами бетонной стеной.

— Я... я не знаю, что сказать, — мой голос надломился. — Ты знаешь, что я люблю тебя. Всегда знал. Но я не могу просто так взять и стереть всё, что было.

Адам подошёл вплотную. Его пальцы, тёплые и подрагивающие, коснулись моей щеки, очерчивая контур лица.

— Я буду ждать всю жизнь, если попросишь. Мне не нужен никто, кроме тебя. Теперь я вижу это чётко.

Сердце готово было выпрыгнуть из груди. Я хотела закричать, что счастлива, хотела броситься ему на шею, но внезапный приступ тошноты перечеркнул всё.