Я сорвалась с места и едва успела добежать до ванной.

Весь этот бесконечный день Адам не отходил от меня ни на шаг. Он превратился в мою тень, в мою опору. Аптека, лекарства, чай, любые мои капризы — он предугадывал каждое желание. Впервые за пять долгих, иссушающих лет я почувствовала себя по-настоящему нужной. Не инструментом, не дополнением к интерьеру, а женщиной, о которой боятся потерять память.

— Давай всё-таки съездим в больницу? — в десятый раз спросил он, и в его глазах плескалась неподдельная тревога.

Я покачала головой и притянула его к себе, вжимаясь лицом в его плечо.

— Нет, мне уже лучше, — отрезала я, закрывая глаза.

В его объятиях было спокойно. Впервые за долгое время я позволила себе просто быть счастливой, хотя где-то на периферии сознания всё ещё дежурил страх. Я понимала: моё сердце всё ещё в броне, и я в любой момент готова была бежать обратно в свою холодную, привычную жизнь. Но сейчас... сейчас был только он и его руки, которые наконец-то меня не отпускали.

Ночью Адам остался у меня.

Я спала рядом с ним и впервые за долгое время чувствовала странное, хрупкое спокойствие. Будто мир перестал рушиться хотя бы на несколько часов. И мне было всё равно, если это счастье — ненадолго. Если судьба решила дать его лишь взаймы, я собиралась прожить его сполна, до последней капли.

Утром я проснулась раньше него. Адам спал, его дыхание было ровным и тихим. Я долго смотрела на него, словно пыталась запомнить каждую черту — на случай, если это утро окажется последним спокойным утром в моей жизни.

Мне нужно было позвонить по номеру, который прислал Рафаэль.

Но так, чтобы Адам ничего не узнал.Он станет меня отговаривать.Он разозлится.Мы поссоримся.

А я не могла этого допустить. Не сейчас.

Я бесшумно поднялась с кровати и ушла в самую дальнюю комнату. Закрыла дверь. Сердце уже начинало стучать быстрее, будто предчувствовало беду.

Телефон лежал в моей ладони тяжёлым камнем.

Я долго смотрела на номер, словно он мог исчезнуть, если я отведу взгляд. Прокручивала в голове возможные фразы. Что сказать? С чего начать? Как держать голос, чтобы не выдать дрожь?

«Просто нажми», — приказала я себе.

Гудки тянулись бесконечно долго. С каждым новым ударом в трубке сердце билось сильнее, словно пыталось вырваться из груди.

И вдруг — щелчок.

— Я слушаю.

Женский голос. Спокойный. Холодный.

— Виола? — спросила я, стараясь убедиться, что не ошиблась. Голос всё равно предательски дрогнул, а пальцы сжались вокруг телефона.

— Да... — ответила она. В её тоне сквозила настороженность.

Я сглотнула.