Норман подошел ближе и отвязал меня от лошади. Не успел я слезть, как он взвалил мне на плечо седельные сумки, под тяжестью которых я невольно качнулся. Сам старый паладин помог Фалрику спустить не приходящую в чувство Веру. Вдвоем паладины потащили ее на себе, предоставив мне возможность идти первым.

Куда идти я не знал, но дорога была лишь одна, так что ошибиться практически невозможно. Поправив свою ношу, я зашагал вперед, не забывая поглядывать на подступавшую все ближе гипнотическую пустоту.

Мы шли несколько часов, пока не поднялись на одну из гор. На вершине стояла полуразрушенная каменная арка. С виду — ничего особенного. Руины, как руины. Думаю, таких на Деймосе достаточно.

Но за аркой я увидел парящую среди пустоты серую башню. Высокая, с острым шпилем, она выглядела древней и мистической. На обращенной ко мне стороне я не увидел ни окон, ни дверей… ни моста, чтобы добраться до башни.

— Вечный Шпиль, — сказал Норман, переводя дух.

Я сбросил сумки и размял затекшие плечи. Не верилось, что мы у цели. Если бы нас еще не разделяло несколько сотен метров пустого пространства…

— И что дальше? — спросил я у седого паладина.

— Открой проход. — Он указал мне на старую арку.

— Каким образом? — я все еще не понимал, что от меня требуется.

— Это ты мне скажи, — паладин подбоченился. — Никому не удавалось попасть в Вечный Шпиль со времен Раскола. Леди Катерина ничего мне не…

Норман выпучил глаза и уставился на меня остекленевшим взглядом. На его губах выступила кровь, после чего старый паладин завалился на бок и так и остался лежать на снегу. Недвижимый, бледный, мертвый.

— Бесполезный старый идиот! Я думал, он знает больше.

Я уставился на Фалрика. Глаза парня светились зеленым огнем. Теперь он не заикался, да и держался как-то иначе — увереннее, свободнее… как его брат.

— Мартин? — я сделал шаг назад. — Но ты же мертв…

— Как видишь, нет, — парень неприятно усмехнулся и бережно опустил Веру на снег. — Я хорошо сыграл р-р-ро-о-оль? — спросил он, изобразив заикание.

— Ты… — я понимал, что произошло, но это в голове не укладывалось. — Ты убил собственного брата?

— Он понял, кто я. Догадался, когда узнал о смерти Мириам. Наивный дурак, хотел убедить меня предать хозяев. Я думал, что и ты догадаешься, поэтому устроил этот спектакль.

— Ты мне просто не понравился. — Я покачал головой. — Но я и подумать не мог, что ты такой уро…

Мартин взмахнул рукой, и мою грудь, словно сжали тиски. Чья-то незримая хватка впилась в сердце ледяными когтями. Я судорожно попытался вдохнуть, но не смог.

— Зря ты взял флягу Мириам, ведь воду для всех в отряде набирал я. — спокойно продолжил Мартин.