Звенела сталь, кричали раненные, разрывались заклинания. Гвалт битвы разносился по всему Деймосу.

Люди, как муравьи, облепляли огромных Стражей. Не жалея жизней, они били и кололи врагов, вымещая всю скопившуюся у них злость и боль. Люди гибли, но умирали и Стражи.

Свою лепту вносили и некроманты. От их магии многих бросало в дрожь. Простые воины видели, как только что сражавшиеся с ними бок обок товарищи падали, но вскоре вставали вновь с зеленым блеском в мертвых глазах.

Проревели трубы паладинов. Стражи отступили, объединившись с основными силами. Железным кулаком они ударили по нам вновь. Звуки боя доносились и со стороны леса. У паладинов имелось подкрепление! Они ударили нам во фланг. Внутри замка тьму озарили золотые вспышки. Бой кипел повсюду!

В безумии схватки я ориентировался только по сверкающим доспехам паладинов. Реквием ликовал. Он разрубал доспехи, резал кости и вгрызался в плоть, жадно глотая еще теплую кровь. Мой доспех стал алым, а мелькающие перед глазами искаженные гримасами боли лица противников слились в одну бесконечную череду.

Рыцари прикрывали меня с флангов, а я прорубался вперед. Крики боли вокруг не стихали ни на миг, но это только питало Реквием. Меч отдавал силу мне, но за нее приходилось дорого платить. Я то и дело терял контроль над собой. Кровавая пелена перед глазами только усиливалась. Мысли пропали из сознания, оставив только наслаждение чужой болью. В конце концов, я просто не заметил, когда губы сами собой растянулись в кровожадной ухмылке.

Но все же нас теснили. Воины за моей спиной отступали шаг за шагом, тогда как я, ведомый гневом и Реквиемом наоборот, пробивался вперед. Подобное безрассудство могло обернуться смертью, но я остался жив.

Войско паладинов неожиданно отпрянуло. Я остался один посреди гор обезображенных трупов. Кто-то еще был жив. Отовсюду слышались стенания и мольбы о помощи. Но никто не спешил помогать раненным. Выжившие перегруппировывались перед новой стычкой.

Я нашел взглядом своих телохранителей. Их осталось двое. Залитые кровью с ног до головы, они еле держались на ногах, но все равно встали рядом и подняли щиты.

Долго ли мы продержимся?

Мертвецы вокруг меня начали со стоном подниматься. Некроманты знали свое дело. Я смотрел на лица тех, кто не так давно еще дышал и ощущал лишь злость. Злость на паладинов, убивших моих товарищей по оружию, злость на некромантов, укравших у них заслуженный покой, злость на себя за то, что не могу этого изменить.

Ослепительные столпы света ударили по восставшим мертвецам, обращая их в пепел и убивая уже навсегда. Один голос, состоявший будто бы из тысяч других голосов, разнесся над полем битвы. Он заглушил абсолютно все звуки.