— За это можно выпить, — я отсалютовал Густаву бутылкой, хлебнул прямо из горлышка, и скривился.

Густав хмыкнул, взял у меня бутылку и тоже отпил из нее.

— Герои победили, да. Но они нарушили клятву, что дали Аластору. Никто не вернул артефакты в башню, именуемую Вечным Шпилем. Герои возвратились каждый в свои земли и стали править ими. Время Истребления сменилось Временем Надежды. Основанный тогда орден паладинов защищал добродетели и уничтожал зло везде, где оно давало ростки.

— Пока все звучит не так плохо, — рассудил я. — Добро победило, да? Как же вы дошли до жизни такой?

— Гордыня, тщеславие, зависть, гнев, жажда власти… Всё, чем являлся Мрак, не сгинуло вместе с ним. Его естество отравило артефакты, извратило, а через них — и их владельцев. Победившие Мрак герои вступили в схватку друг с другом, вновь утопив свои земли в крови.

Я нервно сглотнул, вспомнив, как меч пытался завладеть мной. Выходит, все это не сказки? Пока я пытался уложить все в голове, Густав продолжал свой рассказ:

— Аластор силой перенес героев в свою башню. Он создал заклинание, способное запечатать силу артефактов. Магу удалось убедить бывших союзников сложить оружие. Но…

Густав снова приложился к бутылке. Он уставился в пространство перед собой и замолчал.

— Но… — начал я, когда молчание затянулось.

— Но, — Густав шмыгнул носом, — когда Аластор накладывал печать, король Аларик, правитель Деймоса, забрал свой верный меч Реквием, чтобы с его помощью положить конец распрям и уничтожить всех, кто посягает на власть. Но другие правители решили также. Они не дали Аластору закончить заклинание, взяли оружие и сцепились друг с другом. Аластор прекратил кровопролитие, и при помощи магии вернул каждого из героев в его земли. Но ритуал печати был нарушен. Аластор сдерживал высвободившуюся силу, пока не стихающие ни на миг войны терзали наши края. Орден паладинов направил отряды к каждому правителю, чтобы призвать их к миру. Но было уже поздно… Силы Аластора иссякли. Высвободившаяся от сломанной печати магическая энергия разорвала земную твердь и оттолкнула королевства друг от друга. Началось Время Раскола. Время, в которое мы и живем.

— Осколок Деймос, — прошептал я.

— Именно, — Густав кивнул. — Теперь это лишь осколок. Как и другие, он застыл среди пустоты.

— То есть, — меня вдруг осенило, — если долго идти в одном направлении, то, что, можно дойти до края Деймоса?

Густав кивнул.

— С ума сойти, — только и смог выдохнуть я. — А что там?

— В сказаниях написано, что там лишь тьма и смерть. Никто не покинет Деймос живым.