— Есть свободная комната, — сказал он в своей обычной лаконичной манере. — Я заплатил. Еду скоро принесут.

— Значит, ты сегодня угощаешь? — услышав о еде, я приободрился.

— А у тебя есть деньги? — вместо ответа, спросил Отто.

Я покачал головой.

— Значит, останешься мне должен, — уголки тонких губ паладина чуть приподнялись, видимо, обозначая подобие улыбки.

Что же, кажется, вечер пройдет не так уж и плохо.

* * *

Номер нам достался явно не люксовый: четыре стены, окно, две кровати и ржавые кривые гвозди в стене, чтобы повесить одежду. Удобства на улице. Все.

Да, это лучше, чем мокнуть под дождем, но и далеко не предел мечтаний. Очень далеко. Я бы даже сказал, недосягаемо далеко. Но настроение все равно не особо испортилось: я был сыт, обсох и, главное, жив. Грех жаловаться.

Я даже не сильно расстроился, когда узнал, что кровати займут благородные господа рыцари, а мне придется расположиться на жестких досках. Глаза от усталости уже закрывались сами собой, так что я готов был уснуть где угодно, хоть в хлеву.

Но паладины ложиться не спешили. Сначала они взяли одну из кроватей и перетащили ее к двери, подперев ту изголовьем. Видимо, засов показался им недостаточно надежным. Потом неугомонные ребята начали чистить и точить оружие. Впрочем, скрежет точильных камней по лезвиям в некотором роде даже успокаивал. Еще бы стены потолще, чтобы не слышать гул таверны…

Я перебрался в дальний угол, подложил под голову свернутую куртку, и задремал. Уже сквозь сон я услышал, как рыцари убрали оружие и начали что-то монотонно бормотать. Приоткрыв один глаз, я увидел, что Отто и Диего стоят на коленях перед окном и молятся.

Что ж, надеюсь, они и за меня замолвят словечко. Немного удачи мне бы точно не помешало.

* * *

Я проснулся ночью. С точным определением времени суток на Дэймосе у меня все еще оставались большие проблемы, но сейчас сомнений не было — полночь или около того. Луны высоко — я видел их в верхнем углу окна. Луны заглядывали в комнатушку через узкую щель между замызганными занавесками.

Спать хотелось сильно, но я не мог понять, почему проснулся. Неудобно лежал? Повернувшись на бок, я подавил стон — давненько я не спал на полу. Отвык. Поерзав и, вроде бы, устроившись, я закрыл глаза, готовый вновь провалиться в сон, но так и не смог уснуть.

Необъяснимое чувство тревоги не давало покоя.

Я открыл глаза и сел. Взъерошил волосы и спрятал лицо в ладонях. Ну что за свинство? Самое время спать — вокруг тишина и…

Тишина?

Вот что меня встревожило. Было очень тихо. Я бы сказал, даже слишком. Гул голосов в таверне заметно уменьшился, наверное, большинство посетителей разошлись по домам и остались лишь самые стойкие выпивохи. Этому я не придал особого внимания. Больше настораживало другое — из открытого окна не доносилось пения птиц, только тихо шумел дождь.