Минуты мучительно медленно потекли. Флот был готов к схватке. Все, от «Пчелок» и «Шмелей» и заканчивая экипажем «Советника», который наполовину состоял из наемников корпоратов. Все ждали решения командира станции, потому как условия я не скрывал. Зачем? Люди должны понимать, за что они воюют. И еще они должны понимать, что просто так в бой их никто послать и не подумает, потому как всё имеет свою цену, в том числе и даже особенно выживание.

Шла последняя минута, и я, настроившись уже, готов был отдать сигнал к отходу. А то сцепимся мы сейчас с кочевниками, а потом возьми и станция нам по тылу во время перестроения как отстреляйся. Незачем нам такие кульбиты, без контроля станции никакой деблокады.

— Принял направленный сигнал. Получен полный объем кодов доступа. Выполняю контрольную проверку базовых протоколов безопасности и подчинения…

Зачастил Скай, который, видимо, сейчас брал под контроль основной и периферийный искины станции. Впрочем, через некоторое время к нему присоединился и Шлим с «Сармата», также выдав серию лучей в сторону приемников станции.

— Контроль над станцией и тяжелым крейсером подтвержден. Носитель отказался и внесен в список целей. Агрессивных действий не предпринимает.

Да ну и хрен с ним, потом разберемся!

— Господа! Эти грязные кочевники тянут руки к нашей собственности, необходимо их выпотрошить и переплавить в воспитательных целях.

Эскадра сместила вектор на более крутой к противнику, активно выбивая легкие цели, а «Пчелки» и «Шмели» уже были готовы наброситься на первую матку, как только мы сметем ее щит.

Не надо думать, что враг всё это время на нас не реагировал — еще как реагировал, только чтобы таким здоровенным кораблям, как Материнские, перестроиться, нужно пространство для маневра и время. Вот на маневре мы их и подловили. И прежде всего потому, что они не ожидали от эскадры такой агрессивной лобовой атаки. Обычно на такие большие корабли в лоб, когда их несколько штук, не ходят, потому как чревато как потерями, так и ответкой. Всё же матки вооружены хорошо, хоть и редкостно разношерстно. Вот и первая, которая оказалась к нам ближе всего, обрушила на щит «Атиллы» целый ливень лучевых импульсов буквально со всей обращенной к нам поверхности. И старейшины на ней наверняка удивились, когда щит носителя просел практически в нуль, но не упал. Вперед вырвался «Советник», перекрыв своей тушей так и не сделавший ни одного выстрела носитель, и вместе с выскачившими по его бокам двумя тяжелыми крейсерами принялись утюжить ее из всего, что у них было. Легкие крейсера тем временем сцепились со свитой матки, а «Шмели», как только рухнули ее щиты, бросились стаями выбивать орудия, эмиттеры щитов и вообще всё, что только выступало над неровным корпусом корабля кочевников. Причем линкор так и продолжил принимать на себя ответные удары, а тяжелые крейсера спрятались за щиты носителя, чтобы бросить всю энергию на накопители, а не тратить ее на поддержание емкости щита. При этом наш второй носитель «Аметитст» фактически выполнял роль корабля поддержки, отстреливаясь от обогнавших наш ордер малых кораблей и без конца накачивая накопители в бесконечном кольце сменяющихся партий наших истребителей. Настоящий конвеер, четкий, отлаженный и азартно злой.